18:21 

Bleach. Фанфик Fallen into memories. Глава 9.

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Название: Fallen into memories
Фандом: Bleach
Автор: Tinuviel-f
Бета: Okana
Пейринг: Рукия/Ичиго, Ичиго/Зангецу, Кьёраку/Укитаке, Хицугая/Рукия
Жанр: драма, приключения
Рейтинг: PG-13
Статус: в процессе.
Саммари: Бой за Каракуру окончен несколько дней назад. Ичиго удалось победить Айзена и тем самым спасти Сообщество Душ и Дворец Короля. Но может ли что-то спасти самого Ичиго?
Дисклеймер: всё - Кубо Тайто, кроме описанных здесь событий.

Глава 1. Тот, кто победил Бога
Глава 2. Время огонька
Глава 3.Тройственность
Глава 4. Остывшие чувства. Глава 3.5. Лёд снова в огне
Глава 5. Королевские жертвы
Глава 6. Новый виток войны
Глава 7. Переступая грань
Глава 8. Демон внутри

Глава 9. Богоубийца.

- Сой Фонг! – выкрикнула Йоруичи, разворачиваясь и хватая, как бы показалось постороннему человеку, воздух. Но Шихоуин успела вовремя. Пойманная за руку капитан второго отряда остановила атаку, и смертоносный Сузумебачи замер, совсем немного не добравшись до цели. – Когда вы успели... – потрясённо прошипела шинигами, столкнувшись взглядом с бывшей подчинённой и соображая, что им делать теперь.

- Ичиго! Беги! – скомандовал тому Укитаке, выставив вперёд зампакто, и заслонил собой выход в соседнюю комнату.

Капитану не удалось помочь мальчишке сбежать. Первую атаку бойца Онмицукидо он ещё смог блокировать лезвием своего меча, отбросив ниндзя, мужчина дёрнулся влево – ему показалось, что там появилась ещё одна тень, предвещавшая нападение. Джууширо не ошибся и снова парировал выпад врага, но следом за этим воином Карательного отряда на него накинулись ещё несколько. Отбиться от грубой физической силы Укитаке бы смог (видимо, на его счастье, ниндзя дали приказ только схватить и обезоружить беглецов), однако один из подчинённых Сой Фонг, стоявший сзади, внезапно атаковал шинигами с помощью кидо. На ослабленный болезнью, усталостью и голодом организм джусанбантай тайчо заклинание произвело сокрушительный эффект. Из горла мужчины вырвался всплеск крови, разом ослабевшие руки уже не могли удержать Согьё но Котовари, ставший вдруг неимоверно тяжёлым, и катана, зазвенев, упала на пол. Следом, закатив глаза, рухнул и её владелец, на него тут же навалились пять фигур в одинаково-чёрной форме, не позволяя капитану вырваться. Ударом ноги бесполезный зампакто был отправлен к стене, бессознательного Укитаке грубо зафиксировали, чтобы связать ему руки, и один из бойцов безжалостно надавил капитану на грудную клетку.

Шихоуин почувствовала, что в её душе в этот момент оборвалась нить надежды: Укитаке, один из сильнейших капитанов Готея, побеждён в одну секунду! Из уголка рта мужчины текла тонкая струйка крови, на белоснежных прядях стояли ниндзя Онмицукидо... с ним не церемонились, и если Ямамото-сетайчо приказал так расправиться со своим учеником, что же ждёт остальных?! В глазах Сой Фонг, бывшей подчинённой Йоруичи, не читалось ничего, вообще ничего – как и положено шинигами Карательного отряда при исполнении обязанностей. Ксо! Вот вляпались!

- Поздно убегать, - процедила глава второго отряда, и её пальцы сжались на горле аристократки. Та предугадала, что сейчас последует бросок и атака; развернувшись и вырвавшись из захвата, шинигами ударила ногой соперницу, и Сой Фонг пришлось поднять руки, защищаясь. Секунды хватило Шихоуин, чтобы переместиться в другой конец комнаты, несмотря на все события прошедшего дня, Йоруичи была сильнее и знала, что способна справиться со своей преемницей... Но та не собиралась кидаться на отступницу, остановилась и выпрямилась. – Лучше сдавайся. Мы всё равно одержали верх, Йоруичи. Ты сделаешь только хуже.

- И не подумаю...

- Прислушайся, - жёстко приказала Сой Фонг, поднимая палец. Шихоуин невольно послушалась и обомлела – реяцу всех её товарищей... они пойманы? Все до единого?! Шунсуй и Киске проиграли? – Теперь ты понимаешь, что твоё сопротивление только усугубляет ситуацию?

Богиня шунпо поздно сообразила, что всё это было отвлекающим манёвром. Сой Фонг метнулась к ней, применив шунко, ударила бывшего командира прямо в солнечное сплетение. Довершили начатое её подчинённые и скрутили Йоруичи за несколько секунд. Потрясение, шок были неимоверно велики, шинигами не верилось, что всё, капитаны-беглецы проиграли и она поймана, связана и уже не вырвется.

- Подожди, Сой Фонг, не делай этого! – взгляд метнулся от поверженного Укитаке к главе Карательного подразделения – это было всё, что Шихоуин сейчас могла. – Это ошибка, Ичиго нельзя убивать!

- Замолчи! – яростно выкрикнула в ответ та, и крик как будто пощёчиной хлестнул женщину по лицу.

Рыжий парень у ног маленькой темноволосой шинигами попытался незаметно уползти, но Сой Фонг, наклонившись, легко подняла его и заставила встать перед собой. Из другой комнаты показались бойцы Онмицукидо, они привели Урахару и Кёраку, в конце плёлся Хицугая. Капитан второго отряда чуть-чуть удивлённо приподняла брови, заметив, что самый младший из пленников был связан заклинанием, которое её ниндзя не использовали, но если это её и заинтересовало, то она быстро отбросила ненужные эмоции, сосредоточившись на деле. Пришедшего в себя Джууширо четверо шинигами поставили на ноги, им пришлось поддерживать капитана, потому что он не мог стоять самостоятельно; Кёраку, увидев, в каком состоянии его друг, рванулся к нему и поволок за собой стражу. Тайчо с трудом удержали и то, только потому, что Сой Фонг сама преградила ему дорогу и нанесла удар Сузумебачи мужчине в шею.

- Ещё одно движение, предатель, - тихо произнесла она, - и ты расстанешься со своей жизнью, - тот наградил её яростным взглядом, полным желания разорвать возникшее препятствие, и двинулся вперёд.

- Шунсуй... – слабо произнёс Джууширо, прикрывая глаза, - не делай глупостей, пожалуйста, - хачибантай тайчо с болью посмотрел на своего партнёра. Если бы он только мог... их разделяли всего несколько шагов, а этих недо-ниндзя Кёраку бы разметал, как младенцев! Но пока он это сделает, с Укитаке уже могут расправиться! Терять его... нет.

На губах Джуу-чана появилась слабая улыбка, когда его партнёр остановился. Слава Богу, удалось предотвратить ещё одно безумство! Чем оно непременно закончилось бы, было ясно без слов, слишком серьёзно настроена командир Карательного отряда.

- Главнокомандующий отдал приказ арестовать вас всех: капитанов Укитаке, Кёраку и Хицугаю – за самовольный уход в мир живых, нападение на Куроцучи-тайчо и применение оружия в Генсее, - в другое время Укитаке, наверное, гораздо ближе к сердцу принял то, что его страшные опасения насчёт Тооширо подтвердились. Но у него уже не было сил и желания... К чему это, если они все обречены? Ичиго им не защитить, убьют его – погибнет и мир; а если шинигами ошиблись, то их всё равно ждёт смертная казнь. - Урахару Киске и Шихоуин Йоруичи – за укрытие беглецов и препятствие исполнению приказа. Кучики-тайчо и Абараи-фукутайчо... – Сой Фонг немного помедлила: к ней подошёл один из ниндзя с донесением, явно касавшимся раненых. Выслушав доклад, девушка кивнула, отпуская подчинённого, и продолжила: - арестованы за применение банкаев в Генсее в мирное время. Это не полный список ваших обвинений, их вы услышите, когда мы вернёмся в Сообщество душ.

Пойманные беглецы молчали, очевидно, смирившись со своей участью. Куросаки дрожал рядом с шинигами, и Сой Фонг отчётливо ощущала его страх. Да, Ямамото-сетайчо был прав, напряжение стало критическим. Согласно докладам прежних наблюдателей за риокой, у парня не было реяцу, а сейчас командир Онмицукидо чувствовала, как он источает слабую духовную силу. Неважно, что слабую, уже один этот факт означал, что печати ослабли, и преступник может вырваться на свободу в любой момент! С ним следовало покончить до того, как станет слишком поздно.

- И только потому, что я очень ценю сделанное тобой для меня, Йоруичи, я отношусь к вам так мягко. У меня строгие инструкции относительно каждого, и в случае оказания сопротивления или попытки побега мне приказано убить любого, вне зависимости от статуса и звания, - но она понимала, что элемент запугивания не столь уж необходим. Враги, которыми оказались её же товарищи по оружию, подавлены своим поражением, они не окажут сопротивления. Укитаке-тайчо слаб, Кёраку-тайчо последует его просьбе и не будет драться, капитан Кучики и его лейтенант ранены, предатель Урахара и вовсе стоял совершенно потерянный и только шевелил губами, словно разговаривая сам с собой. Наверное, пытался понять, как его план мог дать трещину. Единственную более-менее реальную угрозу представлял капитан десятого отряда, однако он уже находился под бакудо, которое, выходит, наложили его соратники... Шинигами не намеревалась выяснять, что конкретно случилось здесь до её прибытия, это не имело значения.

Три капитана предали Готей и Сообщество душ. Ради чего? Ради какого-то подростка, который однажды их всех спас?! Абсурдно! Их всех учили, что благо для одного несоизмеримо с благом для всех, и во имя общества, государства, можно и нужно принести в жертву интересы или жизнь одного человека, если таковое необходимо! Это непреложная истина, которая известна любому шинигами ещё со скамьи Академии! Но всё же... Для Готея 13 их поступок – страшнейший удар. Заградительные отряды только-только начали отправляться от войны с Айзеном, - и новое предательство, ещё трое покинули ряды верных защитников. Неважно, какие причины побудили их на это, жаждали ли они силы или думали, что поступают справедливо, защищая «невинную» душу бывшего риоки. Все здесь – преступники, и после того, как Сой Фонг исполнит свой долг, их ждёт суровое наказание.

- Сой Фонг... – выдохнула Шихоуин, опуская голову. – Как?..

Как их обнаружили? Это убежище Урахара сделал всего лишь несколько дней назад, о нём не знал никто, кроме самого Киске и Йоруичи, так почему их смогли найти?! Никто не мог проговориться, так неужели все силы Сейрейтея были брошены на поиски беглецов? Как же они просчитались...

- За Куросаки Ичиго следили с того самого дня, как запечатали его силы, - пояснила нибантай тайчо, - и его не упускали из виду ни на секунду... кроме сегодняшнего дня. Сражение, устроенное капитаном Кучики, отвлекло внимание наших групп, и вам удалось выкрасить Куросаки, но ненадолго, – глаза шинигами опасно сузились, она напряглась, как будто собиралась сделать какое-то быстрое и резкое движение, однако Ичиго ничего не почувствовал и не увидел. Схватившая его девушка продолжала стоять в той же позе, что и прежде, однако на лицах стоявших позади Богов Смерти парень прочитал выражение настоящего ужаса.

Скосив глаза вниз, Куросаки замер, увидев на своей груди, у сердца, чёрную острокрылую бабочку. Но как, когда?! Он даже не ощутил прикосновения! Кто это сделал?!

Перевёрнутое небо очень быстро заволокло чёрными грозовыми облаками. Вдалеке раздался гром, тут же налетел ветер, и небоскрёб, на котором находились три фигуры, сильно зашатался, как и всё вокруг.

- Что это было? – последние толчки оказались особенно сильными. Ичиго не удержал равновесия и полетел на стекло, но как только всё закончилось, вскочил на ноги. - Почему нас так трясёт? Эй, старик, я тебя спрашиваю!

- Чего орёшь, Король? – недовольно зарычал Пустой, которого неожиданное буйство стихии в их обычно спокойном мирке за печатями несколько напугало. - Зангецу ничего не скажет, ты же ещё не созрел для того, чтобы стать Королём духов!

Куросаки перевёл взгляд с него на облик своего зампакто, возвышавшегося на шесте. Зангецу невозмутим, как обычно, по его лицу не догадаться, насколько серьёзно и опасно только что случившееся!

- Ксо, если мне сейчас же не расскажут, в чём дело, клянусь, я здесь всё вверх дном переверну! – рыжий шинигами воинственно потряс гигантским зампакто и, в знак своей серьёзности, с силой ударил по окну небоскрёба. Во все стороны брызнули стеклянные осколки. – И с тебя начну, Зангецу!

- Боги! Ты, что, так ничего и не понял, придурок? – Уцуро засмеялся, не сводя с хозяина этого внутреннего мира чёрных глаз, горящих немых торжеством. Хоть в глубине души Пустому и было страшно, он не мог упустить шанса продемонстрировать Шинигами, какое тот ничтожество. – Там, снаружи, - парень ткнул пальцем куда-то в черное небо, - тебя пытаются убить. И, кстати, если это отразилось на нас, весьма успешно пытаются.

- Что?!

- Ч-что это?!

- Увидел? – ледяным тоном спросила шинигами, отмечая, как медленно катилась по виску подростка капелька пота. – Куросаки Ичиго, ты ничего не помнишь, верно? Это, - она подняла ладонь, чтобы жертве лучше было видно тонкую иглу Сузумебачи, - шикай моего зампакто. Его главная способность – убивать с двух уколов.

- Подожди, Сой Фонг! – неожиданно Укитаке, собрав все силы, рывком поднялся, сбросив с себя ниндзя Онмицукидо. – Его нельзя убивать! Он – Король Сообщества душ и...

- Он? Король? – Сой Фонг остановилась и взглянула на пленного командира, на которого тут же накинулись шинигами из Карательного отряда. – Абсолютная глупость! Король Духов живёт во Дворце и никак не может быть недо-шинигами... – лицо девушки внезапно сделалось жёстким и безжалостным. – Вы сможете вдоволь поразмышлять над этим в тюремных камерах.

- Просто выслушай!..

- Я выслушала свой приказ, - возразила глава Карательного отряда, отворачиваясь, - и доклады о том, что натворили вы все. А теперь молчите и стойте смирно, если хотите дожить до возвращения в Сообщество душ. Я больше не буду... делать вам поблажек!

- Если ты его убьёшь, до возвращения никто не доживёт, - выдохнул Джууширо и, израсходовав весь свой запал, обессиленно уронил голову на грудь. Бесполезно... Сой Фонг не переубедить, она так же упёрта и преданна Сейрейтею, как и Бьякуя! Она не видит, что приказы и законы не всегда верны... Всё закончено.

- Сомневаюсь, - смертоносная игла Сузумебачи оказалось прямо перед кончиком носа Ичиго, и он судорожно сглотнул.

Ещё одна убийца... и если в прошлые разы неизменно случалось чудо, то сейчас Ичиго был уверен, что это действительно конец. Один удар ему уже нанесли, и никто не помешает присланному с Неба Проводнику душ закончить то, что она начала. Перед глазами вдруг промелькнула картинка, заставившая сердце сжаться от смертельной тоски: мама с папой, Карин и Юзу... только на этой картинке не было его, Ичиго. Как же папа и сёстры будут жить теперь? Но... «Мама, может, если меня убьют, там... я увижусь с тобой?»

- Если меня хотят убить, почему мы до сих пор здесь сидим?! Зангецу! Зангецу, ты меня вообще слышишь?

Куросаки бесновался, стоя возле флагштока, над которым развевался плащ Короля Зампакто. Чёрная ткань уже не трепетала, бешеный ветер безжалостно рвал её, как и волосы находившихся внизу подростков. Ещё немного, и из-за бури будет трудно удержаться на ногах... Мужчина не соизволил и взгляда опустить на Короля, только невозмутимо произнёс:

- Слышу.

- Тогда почему мы ничего не делаем?!

- Ты ещё не готов, - Ичиго зарычал от злости, услышав, наверное, в сотый раз эту фразу. Зангецу бесил его своей холодностью и безучастностью к происходящему. Кажется, меч не волновало и то, что если Куросаки убьют в таком запечатанном состоянии, все трое не смогут попасть в Круг Перерождения и погибнут окончательно. – У твоей реинкарнации сил недостаточно; если ты выйдешь отсюда, то будешь обречён на гибель или, что ещё хуже, станешь Пустым, - белобрысая копия радостно оскалилась, услышав последние слова. Несомненно, это было как раз то, что нужно, и Уцуро собирался приложить все усилия, чтобы Шинигами всё же не послушался своего меча.

- Тогда пусть они умирают? – с неожиданной жестокостью спросил парень. – Все те, кто пытается меня защитить... мне следует забыть о них, так? Старик, ты действительно думаешь, что я позволю им погибнуть?! – выкрикнул он так, что небоскрёбы снова затряслись.


- Генерал Ямамото с самого начала предполагал, что предатель может воспользоваться душой временного шинигами в качестве защитной оболочки. Поскольку Сейрейтей доверял Куросаки, Айзен бы беспрепятственно смог действовать в Сообществе душ под нашим носом, - голос капитана второго отряда стал немного глуше. - Несмотря на эту угрозу, Ямамото-сетайчо, помня о заслугах риоки, разрешил Ичиго жить, пока он будет оставаться безопасным для нас. Сейчас угроза того, что Айзен вырвется на свободу, слишком велика.

- Сой Фонг!

- Ничего личного, Куросаки Ичиго, бывший исполняющий обязанности шинигами...

- Сой Фонг! – трёхголосый крик Йоруичи, Кёраку и Укитаке всё равно не мог достигнуть цели. Шихоуин отчаянно взглянула на Урахару: им обоим была видна возможность освободиться, тайчо второго отряда допустила ошибку, расставляя по комнате своих подчинённых. Если сейчас они соединят свои усилия, то смогут остановить её и... Но Киске, к ужасу аристократки, стоял совершенно растерянный! Что же... он, что, не собирается сражаться?! Хочет сдаться просто так, и пусть все умирают?! Не веря своим глазам, Йоруичи уже думала отвернуться, только Урахара внезапно улыбнулся – и хитрость на грани коварства снова заблестела в его глазах. Понимание того, что этот мерзавец опять что-то задумал, пришло слишком поздно.

Из всех пленников только Хицугая абсолютно спокойно немигающим взглядом смотрел прямо вперёд перед собой. Ему было на удивление всё равно, что сейчас произойдёт. Он так и не смог... не смог преодолеть свою слабость, свой страх, не смог отомстить за Хинамори! Зачем теперь такая никчёмная жизнь?!

- Ты, что, не понимаешь, старик?

От волнения и злости голос Ичиго срывался, но его почти не было слышно за бешеным свистом ветра. Всем троим приходилось нагибаться, только так оказалось возможным противостоять натиску стихии и стоять на стеклянной поверхности небоскрёба. Всё вокруг содрогалось, и происходившее ужасно напоминало Куросаки тот момент, когда он впервые оказался здесь и увидел свой зампакто. Тогда парень чуть не умер, его внутренний мир начал рушиться. То же самое происходило и сейчас.

- Я не имею права позволить им умереть! – зампакто молчал, а вершина здания уже посыпалась белыми кубиками вниз. Чёрные облака в неправильном небе, разрываемые яркими молниями (приглядись Ичиго, он бы увидел, как складывается из них изображение острокрылой бабочки), начали закручиваться в воронку, втягивая в себя соседний небоскрёб. – Я же становился сильнее только для того, чтобы их спасти! И я...

- Ксо, Король, придурок, ты достал своим нытьём! – Уцуро увернулся от груди пролетевших коробок, едва удержав равновесие. – Что ты на Зангецу всё валишь, выбирайся сам давай!

- Я?!

- Но ты – угроза, которую я обязана ликвидировать, - закончила фразу Сой Фонг.

На этот раз Ичиго точно ничто не могло спасти, и он с ужасом смотрел на тонкое острие чёрно-жёлтой иглы, неотвратимо приближавшееся к бабочке-метке на его груди.

- Ну не я же! – заорал Пустой, виртуозно уклоняясь от падавших на него коробок. Парень практически танцевал на рушащейся стене, балансируя и взмахивая руками, чтобы не рухнуть вниз. Уцуро клялся себе, что потом отомстит и Зангецу, и Ичиго, что они заставили его устроить такой «концерт», но сейчас белобрысого больше волновало, как долго ещё эти два идиота будут лаяться вместо того, чтобы спасаться!

- А ты бы хоть помог! – огрызнулся в отчаянии Куросаки, лихорадочно думая, что делать. Его потянуло вниз, белые кубики больно ударили по плечу, едва не сбросив шинигами вниз; он удержался на стене лишь каким-то чудом.

Чёрно-жёлтые глаза его оппонента заблестели торжеством.

- В последний раз, Ичиго! – неожиданно рассмеялся Пустой, и мимо парня вдруг пролетело что-то белое, но гораздо большее по размерам, чем коробки, какими рушился Дворец Короля.

- Что за... – начал, было, подросток – он угадал в том объекте бессознательного Айзена. Несомненно, его швырнул вниз Уцуро, но зачем?! Спросить не получилось: Пустой кинул Ичиго что-то, что Куросаки едва поймал. – Совсем рехнулся? – в его руках оказался маленький камень, похожий на хрусталь или бриллиант. – Это что, Хогиоку?!


За какую-то долю секунды до того, как Сузумебачи должен был во второй раз коснуться чёрной метки, зрачки беззащитной жертвы вдруг сузились и превратились в крохотные точки. По комнате, заставив замереть всех шинигами, прокатилась волна духовной силы, пульсируя, отразилась от стен и вернулась, собравшись в тугой узел вокруг души рыжего парня. На короткий миг в комнате воцарилась тишина – та самая, какая бывает перед бурей, и не успела Сой Фонг понять, что происходит и отпрянуть, как прогремел взрыв.

В мгновение ока, разрушив помещение, взрывная волна вырвалась наружу. В небо поднялся яркий купол света, озаривший земли на много километров вокруг, он всё рос и рос, потом, зависнув на несколько секунд, начал медленно угасать, но странное, мягкое свечение в воздухе всё-таки осталось. Тут же пошли пульсации реяцу, которые, несомненно, должны были почувствовать все живые существа, оказавшиеся в пределах купола, а может, и дальше. От сильного удара и последовавших за ним резких колебаний в духовной силе все потеряли сознание. Шинигами разбросало по сторонам, как щепки, а сверху их погребли под собой стены и потолок подземного убежища. Некоторым повезло больше: каменные плиты либо обратились в пыль, либо, рухнув, образовали что-то вроде пещер, но таких везучих были единицы.

Когда Йоруичи открыла глаза, первым, что она увидела, было звёздное ночное небо в слабой серой дымке. Мельчайшие каменные частицы забились в дыхательные пути и лёгкие, не позволяя нормально дышать; угловым куском стены шинигами придавило к полу – левая руки аристократки оказалась под обломком и, судя по ощущениям, может, была даже сломана. Кашляя, Шихоуин кое-как высвободилась, откатилась на свободное пространство и оказалась вся покрыта слоем каменной пыли. На её предплечье расплывался огромный кровоподтёк, и, хотя женщина всё-таки могла двигать пальцами пострадавшей руки, её терзало опасение, что повреждения гораздо серьёзней... плоть и кости раздавлены так, что без медицинской помощи могло вскоре начаться заражение крови.

А помощи неоткуда ждать. Ужасный всплеск реяцу и взрыв, вызвавшие обрушение, должны были так же страшно ударить и по остальным шинигами. Йоруичи казалось, что она вся – одна сплошная рана, ужасно болевшая откуда-то изнутри. Это... как будто её тело было парализовано и в таком состоянии его несколько раз били током, постоянно усиливая напряжение. Если столь сильно пострадала Шихоуин, находившаяся в неплохой физической форме, то что стало с болезненным Укитаке, с ранеными Бьякуей и Ренджи?

Подняться на ноги бывшая тайчо второго отряда смогла не скоро, да и то с превеликим трудом. Тогда же на смену какой-то отстранённости, неверия в происходящее пришла страшная неопределённость. Что произошло? Жива ли она или уже умерла? Где другие, где Ичиго? Смог ли вырваться Айзен или был уничтожен взрывом?

Мышцы при каждом движении словно пронизывал электрический разряд, но шинигами, превознемогая боль, взобралась на груду обломков, чтобы оглядеться. Йоруичи надеялась, что сможет увидеть кого-то из своих друзей, но сердце её оборвалось, потому что сколько видел взгляд – не было ни единой души. Она попыталась найти реяцу товарищей, питая ещё слабую надежду найти живых, однако оказалось, что воспользоваться этой способностью проводников душ в таком состоянии невозможно. Аристократка уронила голову на доски, содрогаясь всем телом. Боже, что же они все наделали?! Киске, Джууширо, Шунсуй... Сой Фонг, малыш Бьякуя, Ичиго... их всех больше нет! Нет, потому что... потому что...

Внизу куча досок внезапно зашевелилась, послышался слабый кашель. Шихоуин подняла голову, не веря своим глазам, и мигом, вытерев с лица грязные разводы предательских слёз вперемешку с пылью, бросилась на помощь Урахаре.

- Живой? – её слова прозвучали даже не как вопрос, а как полное бесконечного счастья утверждение. Торговец, по лбу которого струилась кровь, покачнулся, теряя сознание, и женщине пришлось практически рухнуть на одно колено, обнимая исследователя. – Живой, мерзавец...

- Ты как? – сиплым голосом спросил Киске. Сделав над собой усилие, он всё же выпрямился, Йоруичи, не подумав, тоже резко поднялась, но вместе ожидаемого страшного головокружения вдруг поняла, что ей стало гораздо легче дышать и двигаться. Как будто шинигами с жадностью впитывала в себя духовные частицы, а их, даже по первым ощущениям, в воздухе было больше...

- Бывало и хуже, - раненая рука уже почти не болела. Пересекшись с Урахарой взглядом и догадавшись, что он хотел сказать, женщина кивнула, отводя глаза. – Я позабочусь об остальных, ты найди аптечку. Для лечебных кидо у нас сил не хватит... Нужно было догадаться, что могло произойти нечто подобное, а не пускать всё на самотёк! – не то время, чтобы ругаться, да и сил на это почти нет. Но вот когда всё закончится... ох, вот тогда Йоруичи с ним хорошенько поговорит! – Ты мог нас всех убить!

Исследователь улыбнулся уголком рта и скрылся за завалами, отправившись на поиски медицинских препаратов; Йоруичи же, съёхав вниз по куску стены, принялась искать выживших. Слева от неё Шунсуй пытался помочь другу, сбросив с него куски камней и досок; чтобы вытащить Укитаке, пришлось разорвать его капитанское хаори, которое мешало тайчо выбраться. Эти двое оказались в относительном порядке, но другим повезло меньше. Шихоуин с Кёраку остались среди руин этой комнаты, чтобы помочь выжившим; Джууширо же, как только смог нормально держаться на ногах, вспомнил о Бьякуе, Абараи и своём лейтенанте. У него в смертельном предчувствии сжималось сердце, потому что они, раненные и обессилевшие, этот удар реяцу могли и не пережить...

Добраться быстро туда, где прежде была соседняя комната, оказалось невозможно. Перед капитаном встал завал величиной в полтора его роста, с ним бы Укитаке легко справился, перескочив, но в его теперешнем состоянии, когда тело стонало и ныло, потрясённое страшным взрывом, всё было не так просто. Кое-как перемахнув через преграду, джусанбантай тайчо скатился на пол и, утерев с лица кровь, приготовился увидеть три безжизненных тела. Ахнув, Джууширо бросился к дрожавшей от страха девушке, что прижималась к каменному обломку.

- Всё хорошо, Рукия-чан, всё будет хорошо, - прижимая к себе маленькое тельце, которое тут же уткнулось лицом в его плечо, беззвучно плача, мужчина осторожно приблизился к лежавшим шинигами и пощупал пульс сначала у Кучики, а потом у его фукутайчо. Каким же было его облегчение, когда стало ясно, что и эти двое уцелели! Взрывная волна то ли каким-то чудом задержалась и потеряла часть своей силы, то ли обогнула их, неважно, всё равно, это невероятная удача! – Оставайся здесь, поняла? – младшая Кучики затравленно кивнула, не сводя со своего капитана огромных фиалковых глаз. Её пальцы вцепились в косоде мужчины, она боялась его отпускать, но Джууширо решительно отодвинул лейтенанта от себя и снова усадил за большим куском стены. – Ты должна позаботиться о раненых, их жизни зависят от тебя.

Его слова как-то мобилизовали девушку, потому что в следующее мгновение Рукия серьёзно кивнула и сжала кулачки, как будто это придавало ей силы. Капитан наградил девушку ободряющей улыбкой и вернулся к остальным, зная, что маленькая фукутайчо теперь в безопасности и что со своей задачей она справится.

А его друзья не могли поделиться такими радостными новостями. Ни Кёраку, ни Йоруичи так и не удалось найти Хицугаю: младший капитан бесследно исчез, и все поиски были тщетны, даже клочка от его хаори или шихакушо не осталось! Джууширо опустился на большой камень, тяжело дыша, прикрыл глаза ладонью, а Шунсуй продолжал говорить, и картина ужасающей трагедии представала перед капитанами во всей своей «красоте». Из отряда Онмицукидо, которых привела с собой тайчо второго отряда, никто не выжил – большинство погибли под обвалом, кое-кто не выдержал всплеска реяцу. Сложно и страшно представить, какие эмоции испытывала Шихоуин, когда каждый раз обнаруживала мёртвое тело... пожалуй, подобная смесь надежды и горького разочарования могла и убить.

Что же именно произошло до взрыва? Сейчас мысли каждого, наверное, были прикованы к последним секундам до него, когда Сой Фонг готовилась нанести смертельный удар. Может быть, они, на самом деле, умерли, только не понимают этого? Единственными, кто смог бы объяснить случившееся, были Ичиго и Сой Фонг, но ни того, ни другой проводники душ никак не могли обнаружить. И постепенно в их сердцах стало появляться отчаяние.

Только после того, как капитаны, набравшись сил, смогли разрушить несколько особенно крупных камней, они нашли главу второго отряда - на противоположной стороне комнаты, распластанной на уцелевшем куске пола. На груди шинигами зияла глубокая рана, словно девушка приняла на себя атаку огромной силы... но так оно, по сути, и получилось, ведь командир Онмицукидо находилась ближе всех к источнику взрыва.

- Она без сознания, - сосредоточенно произнесла Йоруичи, и Укитаке с Кёраку, стоявшие немного позади, с заметным облегчением выдохнули. – Но рана почему-то не стала заживать, - отметила аристократка, - нужно поднять её отсюда на воздух, - Шихоуин осторожно подняла свою преемницу на руки и взглянула на мужчин: - Бьякую и Ренджи тоже надо переместить. Скоро пыль от взрыва осядет и может повредить их ранам; пока Урахара не вернулся с лекарствами, мы должны перенести их.

С молчаливого одобрения своих бывших коллег она легко (как будто вовсе не пострадала при взрыве) вспрыгнула на высокий кусок стены, а оттуда – наружу, прочь из котлована, в который превратилось развороченное убежище. Джууширо смотрел женщине вслед, ощущая, что всё сильней становится тяжесть на сердце, и резко развернулся:

- Идём, нельзя медлить.

Кёраку, окинув печальным взглядом тела ниндзя из Онмицукидо, кивнул и двинулся за ним следом, но не успели шинигами сделать и нескольких шагов, как чудовищной силы реяцу накрыла их, пригибая к земле. Укитаке задохнулся, у него в глазах потемнело, и словно чья-то рука схватила мужчину за горло, полоснула острым кривым ножом. Так же неожиданно наваждение рассеялось, и шокированный капитан остановился. Слишком реальны были ощущения... и только один человек обладал такой духовной силой, что могла вызвать иллюзию.

- А... Айзен! – выкрикнул Джууширо, молниеносно разворачиваясь.

И да, там высоко, в развевавшихся на ветру белых одеждах, стоял Айзен, ничуть не изменившийся за время пребывания в своей своеобразной тюрьме. Короткое мгновение показалось капитанам Готея вечностью и словно вернуло их на несколько месяцев назад, когда они примерно так же стояли друг напротив друга в фальшивой Каракуре, готовясь сражаться до последнего вздоха. Бывший владыка Уэко Мундо снисходительно улыбнулся двум изрядно потрёпанным шинигами и вдруг зааплодировал:

- Браво, Укитаке, сколько экспрессии, какая ненависть, - он поправил волосы и окинул взглядом своих противников. – Мы столько с тобой не виделись, а ты всё так же заносчив... – те оказались в критическом положении: вдвоём против Айзена и без зампакто! Куросаки исчез, Хицугая тоже, а до возвращения Урахары и Йоруичи им как-то нужно задержать врага! - Наверное, я должен вас поблагодарить, бывшие коллеги, за то, что проделали для меня большую часть работы, - Ками насмешливо поклонился, и в этот же миг прозвучало бакудо Гочутеккан, пять высоких столбов опустились с неба и пригвоздили Бога к земле. – О... неужели я так глупо попался?

Заклинание помогло шинигами выиграть несколько секунд, и их Кёраку хватило, чтобы метнуться к соседней комнате и принести оружие, которое тайчо так неосмотрительно оставили, решив, что угроза миновала. Джууширо, взяв в руки свою катану, принял боевую стойку и глубоко вдохнул, усмиряя волнение в душе. Им придётся рассчитывать только на собственные силы: Укитаке запоздало вспомнил, что их друзья остались без своих духовных мечей и, стало быть, толку от них мало.

Два друга должны разобраться с последствиями своих безумных поступков и поступить, как следует капитанам Готея 13. Если им придётся поплатиться своей жизнью... так тому и быть. Времени безумно мало, джусанбантай тайчо пришлось израсходовать много реяцу на бакудо семидесятого уровня, а он и так, после всех безумных событий, плохо держался на ногах. Ещё одна небольшая заминка – и у Айзена станет на одного противника меньше!

- Шунсуй... – его приятель уже активировал шикай и теперь стоял немного впереди, высоко подняв свои мечи. Какая самонадеянность, неужели Кёраку действительно думал, что сможет одолеть врага одним только шикаем?! – Не медли, используй банкай. Мы должны покончить с ним поскорее, - решительно сказал Укитаке, прикрывая на мгновенье глаза. Спокойствие, равновесие, готовность к битве... всё, как говорил сенсей. «Помни о долге... помни о долге!»

- Но... – Кёраку обернулся, с настоящим испугом глядя на него, - ты ведь тогда говорил над Каракурой, что мне нельзя использовать... – хачибантай тайчо сбился и глухо произнёс: - Ты тоже пострадаешь.

- Я знаю, - просто ответил Джууширо, зная, что пострадает он вряд ли. Скорее, если не удастся выбраться из зоны поражения, шинигами уже не увидит рассвет нового дня. – Я готов к этому. Волны, взметнитесь до неба! Разорвите небеса, молнии! – он сделал шаг вперёд, проводя ладонью по тыльной стороне своего меча. - Правь бурей, Райо Согьё но Котовари!

Где-то высоко над ними в такт каждому слову капитана грохотало небо, а когда, наконец, прозвучало имя его банкая, над Каракурой разнёсся невиданный по силе грозовой раскат, молния расчертила сгустившиеся тёмные тучи. Катана в руке Укитаке раздвоилась, и левой рукой шинигами как будто снял с неё второй меч. Оба клинка были заметно тоньше, чем обычный зампакто, и в непонятном свечении от взрыва духовной силы переливались золотым светом. От каждого лезвия отходили по два ответвления – делая их похожими на стилизованные молнии, а канат, связывавший мечи в шикае, исчез. Вместо него тёмно-красная лента украсила руки и плечи мужчины, тяжёлые металлические фуды опустились ему на грудь, позвякивая. Кёраку отвёл взгляд в сторону: он ненавидел этот банкай, и прежде, когда им приходилось драться с врагами, делал всё, чтобы Укитаке не прибегал к нему.

Связующим звеном для мечей Райо Согьё но Котовари выступало тело самого Джууширо. Это не только один из двух парных духовных мечей, это - единственный в Готее зампакто с паразитической второй формой.

- Очень красиво, - сообщил им Айзен с усмешкой в голове, хотя из своего положения он вряд ли мог наблюдать происходившее. – Но знаете... я бы хотел видеть всё своими глазами.

Столбы, до этого приковывавшие его к земле, разлетелись на части, и один из мощных кусков понёсся на Джууширо с невероятной скоростью. Укитаке бросился навстречу, сделал короткое движение рукой – огромный камень, не достигнув капитана, превратился в пыль, разбитый невидимой молнией реяцу на крошечные частицы. Меч даже не коснулся его.

- Впечатляет, - вдруг раздалось у тайчо из-за спины, и шинигами едва успел развернуться и скрестить оба меча для защиты, как на них обрушился страшной силы удар.

«Что?! Это невозможно...» - потрясённо подумал Укитаке. Из-за снопа разлетевшихся искр Укитаке не сразу увидел, что силу его банкая Соуске легко удерживал одной ладонью! Шинигами, сцепив зубы, пытался удержать напавшего на него Айзена, но для тела, измученного последними часами перед боем, невозможно оказалось долго сопротивляться подобной мощи. Бывший капитан пятого отряда с непринуждённой улыбкой чуть-чуть усилил нажим, и Укитаке рухнул на одно колено, отчаянно пытаясь не склонить перед противником голову. Сделай он это, и всё будет закончено в один миг! Но что же Кёраку тянет?! Вот шанс покончить с Айзеном навсегда!

- Знаешь, Укитаке, я не ожидал, что ты будешь ещё в состоянии сражаться, - сообщил ему бывший шинигами, отступив, и Джууширо начал медленно подниматься, хватая ртом воздух. Да, он выстоял, но чего ему это стоило! – После такого моего удара... может, я тебя недооценил? А впрочем, - Соуске недобро улыбнулся, - ни тебе, ни твоему другу – вообще никому из Готея не дано меня остановить, потому что я сильнее всех вас вместе взятых. В тот раз я даровал вам жизнь, но теперь поблажки не будет!

Рывком Укитаке отбросил его от себя и сразу же напал сам, не давая врагу времени опомниться. Время в этом бою против шинигами, его силы исчезали с каждой секундой, и больше всего сейчас он боялся, что очередной приступ кашля заставит его отступить, сдаться. Это будет конец всему. Джусанбантай тайчо удалось отшвырнуть Айзена ещё выше в воздух, и Джууширо рванулся следом. Нескольких секунд хватило, чтобы позволить чужеродной реяцу перетечь по телу и собраться в ладонях для атаки. Левый клинок Айзен блокировал сравнительно легко, и рука шинигами отдалась болью, загудела, потому что не могла излить духовную силу. Уловка Укитаке сработала, и он перенаправил реяцу, с помощью Сенка заскочив врагу за спину, ударил ему под сердце сердце.

Тонкое золотое лезвие, разорвав хаори и косоде, вырвалось наружу из груди предателя, обагрив себя и белоснежную одежду. Сначала крови было сравнительно немного, но через мгновение она хлынула нескончаемым потоком, как если бы в теле бывшего шинигами что-то взорвалось; крошечная рана превратилась в огромную дыру. Джууширо страшно ослаб, его повело в сторону: слишком тяжело оказалось преодолеть невидимую защиту Владыки Уэко, для этого пришлось приложить и свою собственную реяцу. Духовная сила предателя оказала на душу капитана тяжкое, угнетающее воздействие, она словно была ядовита сама по себе и, распространившись по телу Укитаке, высасывала из него последние силы, грызла изнутри. Потому-то удар Райо Согьё но Котовари вышел не на полную мощь и даже не на три четверти. Двигаться становилось всё тяжёлее, и только усилием воли Джууширо поднёс второй клинок к горлу Айзена, уже почти безжизненного, фиксируя тело для окончательной атаки.

- Кёраку, давай!

Только в глазах Шунсуя его приятель вдруг увидел сомнение, и сердце Укитаке беспомощно сжалось. Что, если этот разгильдяй не послушается? Тайчо не знал, насколько серьёзным был его удар для предателя, может, несмотря на внешние последствия, он не опаснее комариного укуса! Но сражаться дальше седоволосый шинигами не смог бы, мужчина и так последние силы вкладывал в свои действия. Одна надежда на то, что Шунсуй решится использовать свой банкай... пусть и подписав партнёру смертный приговор.

Увидев, что капитан восьмого отряда перестал колебаться, Джууширо успокоился. Да, это будет правильный финал для них всех.

- Буря пылает огнём, земли рыдают от горя. От игр дьявола миры дрожат... – духовная сила шинигами, стоявшего высоко над ними в разодранной косоде, стала походить на небо, которое стремительно поглощали грозовые облака. Духовные частицы начали собираться на лице мужчины, сначала очертив левый глаз, затем - рот и подбородок; в конце концов, на чёрной маске проявились красные линии хищного оскала; в области груди они превратились в защитные пластины с таким же рисунком. – Акума но Катен Кьеукоцу!

В мгновение, когда демонические мечи, источавшие страшную, давящую реяцу, показали себя, Джууширо вдруг некстати понял, что ему хочется жить. В бою над фальшивой Каракурой капитану тоже приходила в голову эта мысль, но тогда Укитаке немедленно отмёл её, как непристойную для шинигами. Но теперь, когда его смерть приобрела облик лучшего друга, ему захотелось остаться в живых... хоть ненадолго!

Желание вскоре угасло, как обычно угасает надежда: Укитаке прекрасно знал, насколько смертоносна подлинная сила демонических Катен Кьеукоцу, «мечей самого дьявола». Если первая форма этого зампакто ещё давал противнику минимальный шанс спастись, заставляя хозяина играть по тем же правилам, что и оппонента, то банкай...

Огромный клинок с изображением Они, повинуясь движению руки владельца, остриём указал на двух бойцов, и зазубрины на его лезвии засверкали, показывая, что зампакто готово к бою. Резная маска придала Кёраку вид дьявола, вышедшего из Ада, тёмные кудри под порывами ветра напоминали закрученные рога, и это означало, что всё, больше нельзя ждать пощады. Осталось чуть-чуть потерпеть.

- Ироони, я делаю выбор, - Укитаке не ошибся, голос друга полон боли. Сейчас Шун-чан назовёт цвет, и всё, что он видит этого цвета, будет пронзено множеством мечей, от которых не спасения. Даже мастеру шунпо почти невозможно ускользнуть. – Белый!

Кажется, это слово Кёраку практически прокричал, и Джууширо внезапно, в самый последний момент, понял, что это означало: «Беги, спасайся!» Увернуться от атаки - нереально, но Айзен, обмякший в смертоносной хватке шинигами, и не пытался. Брось его мужчина, может, он бы успел выскочить и избежать поражения; Шунсуй так на это надеялся! Однако Укитаке знал, что им нужно поступить по-другому.

Тысячи лезвий пронзили одежды и тело предателя, изрешетив его. Крохотные лоскутки ткани и ниточки, подхваченные ветром, поплыли по воздуху, как снежинки зимой. Капитана тринадцатого маленькие мечи не тронули – осколок одного из столбов Гочутеккан отбрасывал на землю тень, и именно в ней частично оказался Джууширо. Его белые волосы потемнели, на них больше не попадал свет, и поэтому Ироони поначалу не задел тайчо. Но мужчина не смог удержать резко потяжелевшую ношу, пальцы его разжались, и изуродованный труп Айзена (более походивший на кровавое месиво) упал вниз. Укитаке опасно покачнулся и сам не заметил, как вышел из безопасного поля. На пути «Демона цветов», ещё не вернувшегося к хозяину, появилась новая мишень – тонкие полоски белой косоде Джууширо, видные из-под шихакушо.

Шинигами, замерев на вдохе, выронил зампакто. Его грудь исполосовало крохотными оружиями, и белый клин ткани сменился металлическими лезвиями... они разбили рёбра, пронзили лёгкие, прошли всего в паре сантиметров от сердца, в одно мгновение уничтожив почти всё, что удерживало капитана на этом свете. Второе тело, украшенное «ожерельем» из смертельных мечей, рухнуло на землю, ударилось о камни и, изломанное, избитое, покатилось по обломкам. Кёраку расширившимися от боли и ужаса глазами смотрел на происходившее, низко опуская голову, сжимая свои зампакто дрожащими руками. Почему... почему он не стал спасаться? Ведь Джуу-чан же мог выжить, он бы успел!.. Духовная сила Укитаке ещё чувствовалась, но крайне слабо, делай что-нибудь, не делай – его не спасти, и Шунсуй понимал это слишком хорошо... слишком хорошо!

«Зачем ты так со мной? Хотел наказать за то, что я поспешил, что не послушал тебя? Или решил воспользоваться шансом и уйти раньше меня, как и говорил?!»

Оба знали, что Кёраку не готов был к расставанию, и с Джууширо сталось бы поступить так, чтобы он ничего не мог сделать...

Но сквозь эту странную, какую-то тупую и непонятную боль (он никак не мог осмыслить случившееся), капитан всё же ощутил колебание духовной силы за своей спиной. Рефлексы, отточенные годами службы в Готее, не подвели шинигами и сейчас, однако ему было на удивление безразлично, кто именно там стоял, кто пришёл посмотреть на гибель его Джуу-чана. Шунсуй должен был спуститься к другу, но не мог... Над фальшивой Каракурой он уже видел, как Укитаке, раненый, лежал на земле, только тогда тайчо поддерживала странная уверенность, что всё закончится хорошо. В этот раз получилось по-другому.

Мужчина застыл, не поверив своим ощущениям. Мгновенно всё переменилось, и неожиданное понимание выбросило за пределы его сознания страдание и угнетающую вину. Человек за спиной шинигами, наконец, показал свою реяцу так, что его можно было узнать, и голос того, кто вроде бы вместе с Джууширо лежал на камнях, произнёс:

- Как всегда великолепен, Кёраку. Я и не ожидал, что увижу снова твой банкай, ты ведь всегда боялся использовать его, когда рядом были люди.

Тот не двинулся, но не потому, что чудовищная духовная сила предателя пригвоздила его к месту. Вряд ли бы это могло случиться так просто, ведь по уровню реяцу один Шунсуй мог сравниться с командирами со второго по двенадцатый отряды, вместе взятыми! Но только... к чему теперь сопротивляться, начинать атаку, драться? Осознание того, что тайчо вновь ошибся, что Укитаке пожертвовал своей жизнью, попавшись в ловушку, и его жертва бессмысленна, ударило страшнее самого сильного зампакто. Его Джуу-чан погиб ни за что по его же вине... Джууширо уже ничто не вернёт – даже победа над этим ублюдком Айзеном. А Кёраку так хотел, чтобы они никогда не расставались...

- Катен Кьеукоцу, духовные мечи самого дьявола, - чужая рука в идеально белом одеянии ласково коснулась одного из лезвий, вольно, по-хозяйски, прошлась вдоль клинка. Зампакто молчали, может быть, они и хотели бы спросить у шинигами, почему он не нападает, но, увы, в этой форме не могли. – Давно их уже так не называют. Я рад, что перед тем, как убить тебя, вновь увидел этот зампакто в действии. Может быть, в своём новом мире я смогу дать ему лучшее применение, - удивительно, что Айзен не стал обращать внимание на бездействие своего врага. Наверное, он и сам понимал причину такого поведения. А Шунсуй даже немного улыбнулся, когда ладонь Владыки, с лёгкостью разметав в стороны пластины нагрудника со стилизованными изображениями демонов, пробила его грудь.

Соуске, отряхивая руку, остановился как раз над тем местом, где на земле лежали тела двух его бывших коллег. Любому другому человеку было бы странно смотреть на них и видеть рядом собственный, изрезанный до маловразумительного состояния, труп, но будущему Ками это зрелище доставляло, пожалуй, редкое удовольствие. Банкаи обоих практически исчезли, духовная сила почти не ощущалась: эти, так называемые, капитаны при смерти, их можно уже не трогать – через минуту-другую умрут сами. Что же может быть приятнее мысли, что ты ещё на шаг приблизился к заветной цели? А цель эта вот-вот пойманной птицей забьётся в твоих руках.

- Пытаясь избежать ошибки, вы совершили ещё одну, шинигами.

Первая преграда на пути Бога исчезла, а остальные не представляли особой опасности. Айзен не знал точно, что произошло за время его странного сна, но не собирался останавливаться и выяснять, почему, проснувшись, он оказался так далеко от Каракуры. Собственно, Соуске не планировал ничего подобного, намереваясь разобраться с противниками из Готея ещё в битве над городом, но в его планы вкрался элемент неожиданности, выступивший в лице непредсказуемого риоки. У Владыки не было сейчас ни Эспады, ни двух сподвижников рядом, однако и рыжего кошмара рядом не наблюдалось, а без него противники оказались ужасно слабы. Если так всё пойдёт и дальше, не потребуется особых усилий, чтобы добраться до городка и создать Ключ Короля.

Наградив потерпевших поражение врагов ещё одной снисходительной улыбкой, он уже развернулся по направлению к Каракуре. Слева и справа от мужчины внезапно мелькнули разноцветные молнии, двигавшиеся почти одновременно. Ками, заметив их, только усмехнулся про себя. Неужели тот бой его врагов так ничему и не научил? Иначе бы они не действовали столь опрометчиво. А как же правило «убивай со спины»? Не сдвинувшись с места, Айзен парировал удар Шихоуин, она целилась как раз туда, куда бывший шинигами и ожидал. Урахаре удалось на короткий миг удивить будущего Бога, хотя эта заслуга тоже принадлежала Соуске: он по собственной... он сам упустил торговца из виду, но потом легко определил, где Киске появится, поднял руку и остановил Бенихиме. Острое лезвие совсем чуть-чуть не коснулось его лица. «Хм... это даже забавно».

- А вы страшно вероломны, - оба шинигами, тяжело дыша, не спускали с него глаз, - не бросились в сражение, на помощь друзьям, подозревая, что я могу оставить вместо себя иллюзию. Дождались, когда ваши коллеги умрут, и только потом показали себя, надеясь на успех.

- Имея дело с врагом, кто будет разбирать между хитростью и доблестью? - ответила ему аристократка, и её пальцы сомкнулись на горле Божества. – За свои грехи мы ответим уже после победы... если это, конечно, можно считать грехами.

- Действительно? Всё ещё надеетесь победить? – бывший капитан, потеряв свою насмешливость и игривость, недобро прищурился.

Йоруичи, предугадав атаку, вовремя отпрыгнула, и Ками не смог дотянуться до неё ладонью. Урахара воспользовался тем, что внимание врага было, якобы, полностью сосредоточено на ней, и, тоже отступив, рубанул зампакто воздух:

- Кричи, Бенихиме!

Красный луч едва не задел Айзена, точнее, Владыка в последний момент отстранился, и атака Бенихиме срезала довольно приличный кусок его белого плаща. Сориентировавшись, Соуске, не разворачиваясь и не целясь, взмахнул ногой. Невидимая сила пронеслась с сумасшедшей скоростью, но в Киске не попала, устремившись в ночное небо. Торговец с довольной улыбкой увернулся и, уйдя в шунпо, оказался немного выше и впереди предателя.

- Яре-яре, только вернулся – и сразу уже столько самоуверенности! – воскликнул он. Айзен встретился со своим противником взглядом и слегка прищурился. Урахара проделал то же самое и понизил голос: - Неужели, ты думаешь, я рисковал душой Ичиго и нашими жизнями, чтобы позволить тебе уйти безнаказанным?

В глазах бывшего капитана появилась смертельная угроза, секунда – и он бросился на противника, подняв меч так, чтобы попасть ему в самое сердце. Хм, так открыто нападать... Ками быстро определил, что оба оппонента решили напасть одновременно, и занял позицию поудобнее. Шихоуин перемещалась столь быстро, что отследить её местонахождение в пространстве даже для Айзена было несколько затруднительно, но он и не пытался. Шинигами всё равно покажет свою реяцу перед ударом, а тогда и доли мгновения хватит, чтобы опередить эту самозваную Богиню Скорости.

- Глупцы, - проронил Владыка за самую малость до того, как на него должны были обрушиться обе атаки.

Мужчина резко развернулся и схватил Йоруичи за горло, немного сжал и ударил своей реяцу, пропуская её сквозь пальцы. Для жертвы такой удар походил на электрический ток, но во много раз сильней; бывшую тайчо второго отряда затрясло, глаза её закатились и рот слегка приоткрылся. Наверное, она хотела спросить: «Как?», однако, Соуске не дал шинигами такой возможности. Волосы женщины взметнулись, когда Ками отпустил её, и Шихоуин, как и два капитана до неё, оказавшаяся на грани жизни и смерти, головой вниз устремилась к земле.

Плечо бывшего гобантай тайчо с сокрушительной силой разрубил чужой зампакто. Интересно-интересно, Киске же вроде собирался повторить попытку Укитаке? А, впрочем, какая разница? Всё равно, это хорошая возможность проверить, как отреагировали на длительный «сон» Соуске некоторые изменения, которые Ками провёл над своей духовной оболочкой ещё в Уэко Мундо, готовясь к наступлению на Каракуру.

Да, несомненно, его работа безупречна.

- О, ты до сих пор здесь? – кровь заливала грудь предателя, однако, Айзен совершенно невозмутимо (как будто не в его теле сейчас находилась смертоносная Багряная Принцесса) взял зампакто за лезвие и вытащил меч. Рана тут же начала затягиваться, и, кажется, исследователя это удивило – Ками почувствовал, как дрогнула реяцу противника. Стоило чуть-чуть усилить давление, и духовная сила Соуске потекла по лезвию Бенихиме, отметившись кровавым всплеском, что тонкой линий прошёлся по руке шинигами, шее и лицу, едва не лишив торговца глаза.

- И не надейся от меня отделаться, - с заметным усилием выдохнул экс-тайчо двенадцатого отряда, кажется, подрастеряв часть своей уверенности.

Трудно оказалось вырвать своё оружие, но Урахара всё-таки отскочил в сторону, несмотря на тяжёлые раны, оперившись рукой о воздух, перескочил на столб.

- Бакудо №99: Кин! – чёрные ленты со стальными клиньями устремились к фигуре Бога и в несколько секунд связали его, лишив возможности передвигаться. Торговец снова переменил местоположение, готовясь произнести вторую часть заклинания, однако, его противник не прилагал никаких усилий сбежать (хотя мог спокойно разорвать путы демонической магии). На губах Владыки Уэко-Мундо вдруг опять заиграла довольная улыбка.

- Не боишься проиграть? Твоя самоуверенность, похоже, не знает границ... кое-кто уже поплатился за то, что слишком верил в свои силы, - шинигами не отреагировал на его слова, и Айзен улыбнулся ещё шире. – Тебе не остановить меня, Урахара. Мы оба знаем, что я сильнее.

- Ты чересчур сильно уверен в этой своей оценке, - с ухмылкой парировал торговец.

Он почувствовал, что в воздухе, рядом с местом битвы, появился ещё один шинигами. Для Айзена это означало, что драться придётся с двумя противниками, а тогда его шансы на победу многократно снижались. Выбрав наиболее подходящий момент, Урахара начал произносить вторую часть заклинания:

- Баку...

- Снизойди с ледяных небес, Дайгурен Хьёринмару! Рююсенка!

Широкий ледяной луч понёсся на бывшего капитана со спины, Киске полагал, что сейчас он разделится, чтобы обогнуть его, и ударит по Айзену. Инстинкты спасли мужчину в самый последний момент: почему-то атака джубантай тайчо оказалась направлена не на предателя, а на самого Урахару! Часть глыб льда исследователь разбил с помощью Щита крови, но замешкался, ища взглядом мальчишку. Что он творит?!

Экс-капитан не понял, что совершил роковую ошибку, отвернувшись. Он оглядывал небо в той стороне, где должен был быть Хицугая, и вроде бы стоял лицом к парнишке, однако, ледяная драконья лапа с гигантскими когтями вдруг ухватила Урахару за горло. Противник находился сзади и для шинигами был недосягаем; тайчо десятого отряда не дал торговцу ни секунды на сопротивление, всадив зампакто в его спину.

- Прости, Урахара, - Киске не видел этого, но на тёмном от пыли и злости лице Хицугаи ярко пылали бирюзовые глаза, в которых не было ни капли сожаления за свой поступок. Хьёринмару вышел из тела исследователя, оставив глубокую рану – не смертельную, однако тяжёлую настолько, чтобы мужчина больше не смог сражаться. – Это мой бой. И мне плевать, - следующие слова были обращены уже к самому Айзену, который за время короткой схватки двух бывших союзников освободился от пут Бакудо и ожидал её исхода, - что случится с Сообществом Душ и Королём.

Разжав пальцы, младший тайчо проводил взглядом тёмно-зелёное хаори торговца, оно беспомощно трепыхалось на ветру, пока тот летел на камни. Не успел ещё стихнуть металлический звон Бенихиме, принявшей вид обычной катаны, от падения на пол убежища, как подросток демонстративно переступил через воздух над распростёртым внизу шинигами. Наконец-то, ему выдался долгожданный шанс собственными руками впиться этому ублюдку в горло и, наслаждаясь предсмертным хрипом, выгрызть его бесчувственное сердце!

- А ты кровожадный ребёнок, – протянул Соуске. Он мельком осмотрел своего нового противника, искусно пряча удивление от всего произошедшего, отметил, что под левой лапой Хьёринмару не было руки подростка, и хмыкнул: - Что это с тобой, капитан Хицугая? Последствия былого ранения?

- Не смей называть меня ребёнком... – низко выдохнул тот.

Крылья ледяного дракона, дрогнув, распростёрлись над местом битвы, Тооширо поднял голову, и Айзену больших трудов стоило не показать, как его заинтересовало увиденное. Мальчишка перед ним был весь искажён злостью; наверное, ярость, ненависть настолько пропитали его кровь, что навечно останутся в чертах юного лица, которое буквально пылало тьмой. Приглядевшись, будущий Бог слегка склонил голову. Странно, ему показалось, или действительно у самых оснований больших, кристально голубых, крыльев во льду есть тонкие тёмные прожилки? Как будто в идеально чистую воду вылили чёрную краску, а потом она замёрзла на страшном холоде...

– Заткнись! Не смей так говорить обо мне! – заорал Хицугая, не сдерживаясь, и пространство вокруг них затрепетало под мощным давлением реяцу. – Это всё из-за тебя! Из-за тебя умерла Хинамори! Из-за тебя я стал таким!.. – он замолчал, оскалился подобно дикому зверю, набираясь сил для решительной тирады.

- Хм... а ты не думал над тем, что не я, а ты нанёс Хинамори смертельный удар? - дразнить уравновешенного парнишку, взрывавшегося каждый раз, когда кто-то угрожал его подруге, всегда было так забавно! Конечно, это не сравнится с забавой над всем Готеем, но, пожалуй, тянет на уровень весьма достойного времяпрепровождения для Ками. Нет ничего приятнее того мига, когда доведённый до крайности Тооширо соображает, что попался в очередную ловушку, специально приготовленную для него. – И... – Соуске взмахнул ладонью, - я полагаю, твою раненую руку ещё можно было сохранить и излечить, однако, наверное, ты сделал выбор... Чем же я виноват? Не кажется ли тебе, Тооширо, что нужно уметь смотреть своим ошибкам в лицо?

После этих слов чёрные пятнышки и разводы в банкае маленького капитана стали интенсивнее, и Владыка теперь уже окончательно уверился в своих предположениях. Надо же, сюрприз за сюрпризом! «Без Хогиоку?»

- Мне всё равно, что ты скажешь. Каждое твоё слово пропитано ложью, Айзен! – его враг, пылая от бешенства, заорал ненавистное имя изо всех сил. - Я пришёл сюда только за тем, чтобы тебя прикончить! – выкрикнул Хицугая и изо всех сил рубанул мечом, ледяной залп полетел в сторону Ками. Соуске легко сделал шаг в сторону и увернулся. Почти по-звериному зарычав, подросток использовал шунпо и оказался рядом с заклятым врагом, чтобы схватить его, но когти дракона цапнули лишь воздух. – Ты ещё убегаешь?!

Тооширо пылал гневом, ярость застилала ему глаза, но также и придавала сил, обостряя все ощущения. Он шестым чувством угадал, где Айзен появится, и кинулся туда. Снова атака, и ещё раз, и снова! Соуске сражался с ним одной рукой, не доставая меча, легко парировал удары, однако, играя, сам не атаковал, и из-за этого Хицугая распалялся ещё больше и больше. Грязная сволочь до сих пор не воспринимала его всерьёз, забавлялась, как будто перед ним – ещё одна беззащитная жертва, вроде Хинамори! Но хватит, время этого закончилось, и сейчас Тооширо заставит предателя умыться в собственной крови!

- Я... тебя... убью! – его рёв разнёсся над руинами убежища и телами шинигами. Потеряв всяческое терпение и позабыв о защите, джубантай тайчо готовился нанести врагу, наконец, смертельный удар.

- Очень сомневаюсь в этом, - парень уже готов был сорваться с места, но в последний миг остановился, судорожно сжимая вспотевшей ладонью свой зампакто. Ледяной хвост его банкая забился, снося остатки каменных колонн, и Соуске улыбнулся тому, что ему вновь удалось заставить юнца занервничать. – Что же ты не нападаешь, Хицугая Тооширо? Разве ты не кричал только что о своём желании меня уничтожить? – будущий Бог пригладил волосы, другой рукой удерживая за ворот косоде маленькую испуганную шинигами. Огромные фиолетовые глаза Рукии испуганно расширились, по щекам покатились слёзы ужаса, потому что мужчина выставил девушку вперёд, используя как живой щит. Острие Хьёринмару, до того направленное в сердце предателю, указывало прямо на неё. Айзен прищурился и понизил голос: - Разве тебя остановит какая-то жалкая девчонка?

Эффект оказался поразительным. Реяцу Хицугаи стала практически ощутимой, и в какой-то момент бывший тайчо Готея без труда рассмотрел показавшиеся из-под его стоп ленты рейраку. Да, вот ещё одно подтверждение... Духовные нити шинигами, которым полагалось быть красными, наполовину почернели; тьма продвигалась всё ближе и ближе к сердцу стоявшего перед Айзеном мальчишки. И хотя Соуске больше не планировал экспериментов и исследований, этот случай, возможность раздавить Хицугаю... нельзя упускать.

- П-пожалуйста, Т-тооширо... – прошептала, дрожа, Кучики, и седовласого парня всего перекосило от непомерности притворного ужаса в её голоске.

Тооширо знал, это очередная иллюзия. В руках Айзена – всего лишь фальшивка, и второй такой трюк с ним не пройдёт. Фальшивые слёзы его не трогали, они ничто, когда впереди долгожданная цель! После боя над Каракурой сердце капитана стало каменным, более не способным на настоящие, подлинные чувства, тем более, на жалость в бою. Плевать на последствия... плевать на гибель его товарищей, плевать! Очнувшись в первый раз больничной палате, поняв, что он проиграл, Хицугая поклялся себе, что пойдёт на всё, но прикончит Айзена сам. Он уже никогда не сможет стать прежним, к чему тогда пытаться сохранить жалкие те остатки, которые все считали Тооширо?! Даже если придётся продать свою душу, стать Пустым или вайзардом... если бы это хоть как-то помогло Хицугае, он был готов и на самый безумный поступок! А Рукия... все мысли и чувства к глупой и бесполезной девчонке он позабыл, едва вновь увидел человека, убить которого желал всем сердцем.

Окончание - в комментариях.

@темы: Хичиго, Урахара, Ичиго, Зангетсу, фанфики

Комментарии
2010-06-06 в 18:22 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Чёрный лёд вдруг брызнул вверх, с невероятной скоростью распространяясь по великолепным крыльям и создавая на них уродливые наросты.

- Я уже сказал... меня ничто не остановит! Я уничтожу тебя! – моментально преодолев разделявшее их расстояние, он с силой вонзил свой зампакто в проклятую иллюзию. Пусть сейчас его меч не коснулся предателя, это ещё будет! Главное – что Тооширо, наконец, покончил с тем миражом, которым жил после битвы.

Хрупкая фигурка Рукии начала медленно исчезать, и Айзен спокойно отпустил белую ткань иллюзорного кимоно, за которое держал приманку. Что же, парень доказал, что способен действительно на всё ради убийства, и сейчас идеальный момент, чтобы дать Хицугае то, что он так долго искал, - силу, чтобы совершить это убийство.

- Тогда по-настоящему попробуй уничтожить меня, - Соуске, легко ступая, приблизился к подростку, наклонившись, зашептал ему на ухо, заставив маленького капитана задрожать.

Прежде, чем тот смог сообразить, в чём дело, его ударили в грудь раскрытой ладонью. Несильно, здесь не в силе было дело. Ками сконцентрировал в руке свою реяцу, и её мощи должно было хватить, чтобы...

Выронив зампакто, Хицугая закричал, начал дёргаться, что-то из глубины его тела пыталось вырваться наружу. Айзену пришлось отступить немного, чтобы в судорогах парень его не задел, но мужчина всё равно наслаждался наблюдаемым зрелищем. Тооширо скручивало, изгибало так, что в нормальном состоянии он бы уже сломал позвоночник; ещё немного – и, может быть, он действительно получит страшные травмы, но нет, в искажённом неистовой болью голосе подростка прорезались нечеловеческие нотки, а мельчайшие частицы начали ткать на его лице белую, словно фарфоровую, маску.

- Дракон, как я и думал, - негромко произнёс Соуске.

Холлоуфикация без Хогиоку... Как жаль, что сейчас, когда Дворец Короля и сам Король духов вот-вот падут перед ним, исследования уже не нужны! И всё же, несмотря на то, что в любой момент на поле битвы могли появиться другие шинигами из Сообщества душ, Владыке хотелось узнать, сколько Хицугае потребуется времени, да и сможет ли он вообще взять под контроль свою новоприобретённую силу?

Кажется, нет. После того, как Соуске своей реяцу спровоцировал тёмную сторону в душе Тооширо начать бороться за главенство, мгновенно сформировавшийся Пустой взял верх. Маска с чёрными полосами полностью закрыла лицо капитана шинигами. С левой и правой сторон от неё отходили по три тонких нароста, которые, наверное, изображали шипы, а пара длинных рожек (начинавшихся от середины лба) спускалась вокруг головы, изгибаясь, и заканчивалась на уровне подбородка. Где-то он уже видел подобное... Ах да, слегка смахивает на Куросаки Ичиго.

Наконец, подросток перестал бороться, обессиленно рухнул на колени. Его больше не било в судорогах, но дрожь ещё пробегала по телу, холлоуфикация шла намного интенсивнее, чем Айзен предполагал прежде. Неужели Хицугая даже не попробует сопротивляться? Или же он решил использовать силы своего Пустого на полную и ждёт нужного момента? Если так, то Соуске недооценивал коварность этого шинигами.

Когда процесс, вроде бы, начал замедляться, Ками сделал несколько шагов к человекоподобному существу с драконьей маской, которое замерло при его приближении. Плечи и часть груди недавнего проводника душ покрывал белый с голубым отливом панцирь, правая ладонь тоже оказалась закована в своеобразную «перчатку» с внушительными когтями где-то под десять-пятнадцать сантиметров; в некоторых местах толстая корка ещё не срослась окончательно, и из трещин торчали обрывки униформы шинигами... Хм, как жаль, что Хицугая вряд ли уже сможет осознать, что он так низко пал!

- Кто ты? Как тебя зовут? – даже если арранкары будущему Богу не нужны, Айзен не смог удержаться от соблазна попробовать заполучить вконец сломанного мальчишку себе в слуги. Может быть, потом однажды он разрешит Тооширо вспомнить свою бытность капитаном. – Ты понимаешь мои слова?

Тот тихо зарычал – без угрозы или агрессии, видимо, пытался заговорить, но не мог. Интересно, неужели то, что превращение в Пустого происходило без воздействия Хогиоку, привело к подобным осложнениям? Соуске припомнил свои первые эксперименты, когда ему удалось расправиться с капитаном: тогда все подопытные довольно быстро вернули контроль над собой, а этот паренёк бой проиграл.

- Рюро, - вдруг сказало существо, заставив Владыку улыбнуться. «Вот значит как... Нужно было догадаться».

- Я рад твоему появлению, - продолжил мужчина, осторожно подходя ещё ближе, - Рюро. Если ты пойдёшь со мной, я обещаю тебе такую жизнь, о которой можно только мечтать.

Звериные зрачки сузились, пристально следя за каждым движением человека. Почувствовав, что Пустой занервничал, бывший тайчо остановился и поднял руки, показывая, что не намерен нападать.

- Не бойся. Я на твоей стороне.

Мальчишка наклонил голову, рассматривая того, и внезапно открыл рот. С характерным звуком в его пасти начало формироваться Серо, но Айзену не составило труда от него увернуться – первый залп оказался недостаточно мощным, да и Хицугая не до конца управлял ещё своими способностями. На лице Божества, до того преисполненного обманчивым дружелюбием, появилось разочарование. Если бы этот Пустой повиновался беспрекословно, Соуске бы оставил его в живых и взял с собой, но возиться с ним и приручать... оно того не стоило.

С плеча бывшего шинигами посыпались куски панциря, подросток, дико крича, сорвал часть своей маски.

- Я убью тебя! – разнеслось над руинами, но под конец вопль Хицугаи опять сорвался на рёв: Пустой в его душе не хотел сдаваться и снова пытался взять верх над сущностью проводника душ.

- Какая жалость, - медленно произнёс Соуске, фокусируя взгляд на парне. Тот дрожащими руками пытался удержать зампакто и напасть, но такими темпами враги могли бы простоять здесь несколько часов, а то и дней! Тооширо окончательно разочаровал Айзена. Он ещё хотел бороться, сражаться, однако, почему-то отказывался воспользоваться тем шансом, что любезно предоставил ему прежний Владыка Уэко Мундо. Это было не то, чего ждал Соуске. - Ты был очень смелым капитаном, Хицугая Тооширо, но, как и все в твоём возрасте, - наивным, безрассудным и безумно преданным. Такие люди в сражении всегда гибнут первыми, и тебе следует быть благодарным за то, что ты дожил до этого момента. Только ты слаб и труслив, иначе бы использовал ту силу, которую я тебе дал. Ты не способен на убийство.

Джубантай тайчо ответил ему новым Серо и понёсся на врага. Да, его сознанием опять завладел Пустой, не знавший всех способностей Хьёринмару, и потому размахивавший им, как обычной катаной. Ками спокойно ждал, пока Хицугая приблизится, и даже позволил ему занести меч над своей головой. Однако большего падший шинигами сделать не смог. Тооширо не увидел, когда Айзен успел достать свой зампакто, не увидел же, как лезвие разрезало его наискось, превратив толстую кожу Пустого в крошево и разрубив плоть. Соуске, убрав меч, сделал шаг назад, чтобы падающее тело не задело его, не запачкало кровью.

- Прощай, глупый ребёнок. Иногда мне будет не хватать твоей детской непосредственности.

Чувствуя ещё странное разочарование, мужчина развернулся в сторону города. Враги повержены – все до единого, осталась только глупая девчонка Кучики, которая совершенно бесполезна и ничем не сможет помешать ему. До Каракуры осталось совсем немного, и уже скоро Ключ Короля будет у Соуске в руках, однако провалившаяся затея с Хицугаей заставляла Айзена думать не о том, о чём нужно было. Но хватит, этот эксперимент только показывает, насколько бездарны и жалки шинигами. Ещё немного, и у Ками будет возможность построить новый мир по собственным правилам.

Даже если сейчас здесь появится весь остальной Готей и лично Главнокомандующий Ямамото, они не смогут остановить Владыку. В сражении с капитанами он не использовал и пятой части своей силы, так что и отсутствие помощников не могло бы склонить чашу весов в пользу Сейрейтея...

Прямо на пути Айзена медленно вырисовывалась ещё одна фигура. Кто-то тоже собирался вступить в сражение, и Соуске остановился, чуть хмурясь.

- А... это ты, Куросаки Ичиго.

2010-06-09 в 15:13 

Ночные звезды - мои медали...
Шикарно. Впрочем как и всегда. :)
Осталось совсем чуть-чуть, да?

2010-06-09 в 15:23 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Эль-ФирЭ, да, 2 главы)))

2010-06-09 в 15:30 

Ночные звезды - мои медали...
Сладкое напоследок, хи-хи...

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Цепи Небес Разящей Луны.

главная