Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:00 

Kissu

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Название: Kissu
Фандом: Bleach
Автор: Tinuviel-f
Бета: NQ aka Chim-era
Жанр: романс, драма, приключения
Пейринги: Зангецу/Ичиго, Зангецу/Хичиго
Рейтинг: PG-13
Дисклеймер: ни на что не претендую
Статус: закончен
Саммари: для борьбы с Зависимыми Ичиго просто необходим бан-кай. К счастью, у Урахары на этот счёт имеется ещё одна экспресс-методика.

- Итак, Куросаки-сан, тебе нужно научиться использовать банкай в Генсее, - очень серьёзным тоном сообщил ему Урахара, когда остальные вышли из комнаты, закончив завтрак. - А из-за последних событий придётся поторопиться. Наших сил не хватает, а Сейрейтей не будет предпринимать никаких шагов, пока угроза не превратится в реальную опасность, сам понимаешь.

- Знаю, - насупился исполняющий обязанности шинигами. - И как вы прикажете мне это сделать, Урахара-сан? Я Зангецу не видел с тех пор, как мы вернулись из Сообщества душ!

Ичиго потянулся и откинулся назад, заложив руки за голову. Ну да, он прекрасно знал, чтобы сражаться с Зависимыми, банкай просто необходим, но не видел возможности вновь начать тренировки. Киске уже предлагал ему продолжить в пещере под его магазином, но при этом сам признавал, что толк из таких занятий вряд ли будет. Ренджи и Рукия без него точно не управятся, да ещё и учёба навалилась, и за Ишидой надо следить, какой, к чёрту, банкай?

Парень недоверчиво покосился на бывшего капитана. К чему Урахара опять начал разговор на эту тему? Ичиго думал, что они достаточно подробно обсудили его проблему сегодня за завтраком, но почему-то Киске попросил его немного задержаться, чтобы «перемолвиться парой словечек». К чему приводили такие словечки, подросток прекрасно помнил, однако не мог понять, откуда ему ждать подвоха на этот раз. Урахара выглядел сейчас слишком серьёзно, что с ним случалось редко, и уже только поэтому можно было начинать тревожиться.

- О, вот как. В таком случае твоя задача несколько усложняется. Похоже, что в реальном мире ты не освоил даже материализацию, - пробормотал торговец, склонив голову. Панамка закрыла от Ичиго его глаза, и шинигами теперь сложно было понять настоящие чувства капитана. – Однако, думаю, я знаю способ тебе помочь.

- Что, еще один способ, как достичь банкая за три дня? – глянув на него исподлобья, поинтересовался тот.

У Ичиго не было оснований утверждать, что очередная затея Урахары не обернётся глобальной операцией по спасению результатов его прошлых экспериментов. Да и предчувствие было какое-то нехорошее. Не далее как несколько недель назад бывший экспериментатор заставил их всех изрядно перенервничать, устроив заварушку с модифицированными душами, и Менос только знает, что пришло в голову экс-капитану на этот раз.

Однако Киске его многому научил перед тем, как отправить в Сейрейтей, правда, при этом умолчал, с чем и кем спасателям придётся иметь дело. Ещё с тех пор у Ичиго чесались руки задать торговцу отличную взбучку за «всё хорошее», только и.о. шинигами каждый раз откладывал исполнение заслуженного наказания, а Урахара бесстыдно этим пользовался. Предприимчивый торгаш отлично знал, что у парнишки просто не хватает навыков владения словом, чтобы поставить его на место, а терпеть очень болезненные удары ради очень интересного и перспективного дела он давно научился.

- Ну, почти, - уголки губ бывшего капитана двенадцатого отряда чуть приподнялись. Мужчине явно хотелось улыбнуться, но он сдерживался, видимо, чтобы не испортить всё веселье, а вот Куросаки насторожился и чуть-чуть отодвинулся. - От тебя зависит, сколько времени потребуется. Постарайся, Куросаки-сан.

- Постараюсь, - буркнул Ичиго, стараясь выглядеть не особо взволнованным. - Так что за способ?

Слабое подобие улыбки мгновенно исчезло с лица Урахары. Шинигами воровато оглянулся, словно ему предстояло выдать сейчас государственную тайну Сейрейтея, чуть наклонился вперёд и поманил того. Когда же парень приблизился, Киске понизил голос до заговорщического шёпота:

- Нужно просто соблазнить свой зампакто.

- Что?!

Ичиго, приготовившийся услышать рассказ об очередной секретной разработке, пару мгновений просто моргал, пытаясь сообразить, что же ему сейчас сказали. Но как только смысл сказанного дошёл до него, парень, начав неудержимо краснеть, уставился на экс-капитана, который уже не скрывал улыбки до ушей. Руки сами по себе сжались в кулаки, на шее быстро-быстро забилась жилка, свидетельствуя о том, как в нём закипает гнев.

- Дурацкая шутка! – рявкнул взбешённый рыжий, с размаху ударив кулаком по столешнице.

Низенький столик для чайных церемоний, не привыкший к подобному обращению, выдержал испытание, но Урахаре сразу же стало ясно, что в ближайшее время ему придётся озаботиться ещё и поиском аналогичного предмета мебели. Куросаки одарил сидящего напротив торговца красноречивым взглядом; если бы не Рукия и Орихиме, ждавшие его в соседней комнате, он бы с большим удовольствием раскатал Киске по стеночке, однако девушки, особенно Рукия, могли встать на сторону капитана, а тогда бы по стеночке был раскатан сам Ичиго.

Но этот… только что предложил ему соблазнить Зангецу?! Только что предложил переспать с мужиком ради какого-то там банкая?!

- Я сейчас вам и так банкай покажу, на одних кулаках! – выдал Куросаки, чувствуя, как всё лицо буквально горит от смущения и злости.

Парень потянулся к вороту кимоно торговца с явным намерением повозить его лицом по столешнице, чтобы раз и навсегда с него пропала эта издевательская улыбка, что бесила до умопомрачения. Киске ухмыльнулся и слегка отодвинулся, не давая юнцу дотянуться; когда же Ичиго приподнялся и уже почти ухватил пальцами ткань, торговец вдруг прижал палец к губам и замер, показывая, что стоит прислушаться. Пыхтевший шинигами так и замер в глупой позе, прислушиваясь, как всё громче и громче становятся чьи-то шаги.


- Ичиго, глухой болван! – сёдзе раздвинулись, и возникшая в комнате Рукия буквально под нос ему сунула надрывавшийся телефон. – У нас приказ, собирайся давай!

А чтобы придать ускорения своему другу, хрупкая девушка ухватила его за ворот косоде и потянула за собой. Рывок оказался настолько сильным, что Куросаки упал на спину, опрокинув стол ногами. И пока Кучики с неженской силой тащила его по полу, Ичиго было прекрасно видно, как Урахара улыбается и на прощание машет ему своим веером.

- Да-да, Куросаки-сан, займись делом, - протянул мужчина в привычной чуть насмешливой манере, – и подумай над моим советом – крикнул он, когда парня уже почти выволокли из комнаты.

- Подожди, Урахара, вот вернусь!..

На пороге возник чёрный кот, привлечённый шумом. Происходившее явно заинтересовало животное, потому что кот остановился в дверях и насмешливо глядел на рыжего парня, а потом, грациозно перепрыгнув его, вошёл в комнату. Сёдзе, закрывшиеся за ним, удачно заглушили голос возмущённого шинигами Заметив гостя, бывший капитан вновь улыбнулся, но теперь уже искренне, и потянулся, чтобы почесать животному за ухом. Грациозный зверь прошествовал мимо и присел достаточно далеко, чтобы мужчина не смог дотянуться.

- Мне ты ничего не говорил о таком способе, - в голосе кота отчётливо слышалась насмешка.

- Ох, ну надо же… кажется, я немного напутал! – начал «сокрушаться» тот. – Как же так получилось? Ай-ай-ай… но, конечно, Куросаки-сан умён и сообразителен, он поймёт, что я на самом деле имел в виду.

- Конечно же, - фыркнула Йоруичи, возвращаясь в свой человеческий облик. Скосив взгляд на сияющего торговца, она добавила: - Тебе стоит задуматься над страховкой своего магазина, Киске. C Ичиго станется наведаться к тебе после задания и навести порядок.

- Будем надеяться на лучшее, Йоруичи-сан, - ответствовал Урахара, складывая веер и привлекая её к себе. – Мальчик чересчур серьёзно и близко к сердцу воспринимает всю ситуацию, не мог же я не отвлечь его доброй шуткой, нэ?

***
С появившимся Пустым они управились быстро. Ренджи и один мог бы с ним справиться, Холлоу не обладал какими-то особыми способностями, но лейтенант шестого успел исчезнуть куда-то по своим делам, и Ичиго пришлось отдуваться за него. «Ну всё, ты мой должник, Ренджи, - зло думал парень, плетясь вслед за Кучики. – Такой шанс набить морду Урахаре пропал!» Рукия появилась не вовремя, её вмешательство в который раз спасло Киске. Исполняющий обязанности шинигами вздохнул: такими темпами он выяснит отношения с торговцем лишь в глубокой старости. Конечно, если доживёт до неё вопреки стараниям последнего.

Но, с другой стороны, сражение помогло отвлечься и немного задвинуть на задний план то, как Киске решил поиздеваться над ним. Куросаки, теперь уже серьёзно задумавшийся о своём зампакто, следил за ним во время боя, отмечая, как ведёт себя оружие. Вроде всё как прежде, хотя ему было сложно судить – раньше Ичиго как-то не обращал на это внимания.

Протянув руку, он осторожно коснулся лезвия клинка, висевшего за спиной. Проклятье! Стоило только Киске сказать глупость, как Ичиго не мог выбросить её из головы. И почему в его голове с завидным постоянством остаются лишь такие идиотские мысли, а не последняя тема по математике, например?

Сфокусировав взгляд на идущей чуть впереди девушке, шинигами неожиданно осознал, как ему необходим банкай. Бороться с Зависимыми оказалось намного сложнее, чем они предполагали, и на помощь Сейрейтея нечего было рассчитывать. Чад, Иноуэ – они могли бы постоять за себя, но вот Рукия… хоть она и шинигами, её силы ещё не вернулись, а с одним кидо против врага не выстоишь. Или тот же Ишида, за которым шла охота! Да что там квинси, все они вместе взятые на данный момент слабее любого из Зависимых. Вот почему так нужно получить возможность использовать банкай в собственном мире, а не только в Сообществе душ.

«Я не могу допустить, чтобы с моими друзьями что-то случилось». Куросаки вновь окинул взглядом хрупкую фигурку девушки и понял, что она что-то ему говорит. «Хоть Ишида и твердит постоянно, что он ненавидит шинигами, я не позволю, чтобы Зависимые убили его или кого-то другого. Вот только… это же Зангецу, мужчина!»

Только вспомнив о нём, Ичиго ощутил, что вновь начал краснеть.

- Ичиго, болван! О чём ты думаешь?

Резкий удар локтём под рёбра заставил шинигами, охнув, согнуться пополам. Кое-как выпрямившись, Куросаки уставился на очень недовольную Рукию, скрестившую руки на груди.

- Я тебе уже десять минут говорю о том, что у Урахары есть новости, и мы сейчас срочно возвращаемся в его магазин, - заметила девушка. – А ты, между прочим, всё время пытаешься отстать и совершенно меня не слушаешь!

- Ээээ… я тут вспомнил, - Ичиго, отгоняя от себя пошлые мысли о Зангецу, отчаянно пытался придумать, как отвертеться от возвращения в магазинчик кошмаров.– Мне надо к завтрашней контрольной готовиться. Ну, я ведь пропустил много, - поспешно соврал он под недоверчивым взглядом Кучики, - если завтра не напишу, тогда…

- У нас завтра нет контрольной.

- Это у тебя нет! – рявкнул Куросаки, обозлённый тем, что ему не удаётся отвязаться от девушки. – А у меня есть! Из-за одной личности в полосатой панамке и придурка из таблетки! - не утерпев, парень изо всех сил шандарахнул своим зампакто по асфальту, выместив в этом ударе все свои чувства к бывшему капитану двенадцатого отряда.

Судя по удивлённому выражению лица Рукии, этот аргумент оказался чересчур убедительным – девушка больше не посмела уговаривать его вернуться в магазин Киске. Те несколько минут, что Ичиго добирался до дому, он смог провести в блаженном одиночестве и поразмыслить. В родном доме на него тут же с воплями налетел бы Ишшин, и о спокойствии, которое было просто необходимо для решения такой важной задачи, можно было позабыть. «Может быть, Урахара под этими словами имел в виду совершенно другое? – хватался парень за единственную спасительную соломинку. - Тогда что?»

Морща лоб, Ичиго отчаянно старался сообразить, что ещё могло скрываться за такой явно недвусмысленной формулировкой. Думать долго оказалось слишком мучительно и, как назло, к тому моменту, когда он подошёл к дому, придумать ничего не удалось.

Постояв немного на крыльце, юный шинигами поневоле проводил взглядом парочку, шедшую по противоположной стороне улицы. До сегодняшнего утра Куросаки как-то предпочитал не задумываться, что близость у людей может иметь выражение не совсем ему привычное. Друзья друзьями, но секс… он закусил губу, чувствуя, как начинают гореть уши. Это как-то… Ичиго и не думал о том, что удовольствие можно разделить с кем-то, кто ему очень дорог и очень близок. «Черт, а ведь у моих одноклассников тоже могут быть подружки…» - запоздало подумалось ему. Но и представить того же Чада или Ишиду, встречающимися с девушками, не получалось. Да и не было у него кого-то такого, с кем бы он мог заняться… ох.

Юноша поспешил отвлечься от этих мыслей, пока окончательно не смутился и не запутался. К тому же Кон, который замещал Куросаки в его теле, уже показался в дальнем конце улицы. Ичиго по крышам добрался до него и, ухватив за шкирку, затащил в маленькую улочку, заканчивавшуюся тупиком, не обращая внимания на протестующие вопли его зама. Оказавшись вновь в своём милом и любимом теле, парень засунул гиконган в пасть прихваченного с собой львёнка.

- Ичиго! Это жестоко! Я требую гуманного отношения к себе! – сразу же завёлся Кон, едва обрёл способность говорить.

- Заткнись, - беззлобно и устало произнёс исполняющий обязанности и ногой запустил игрушку в бесплатный полёт до ближайшего забора.

Настроения не было совершенно. Киске умудрился испортить его так, что, похоже, ничто уже не сможет ему помочь. А его ещё ждала встреча с «любящим и примерным» отцом, от которой потом болела голова или что-то другое, в зависимости от того, куда Ишшин попадал. «Меня окружают психи. Один хуже другого».

- Я дома! – громко возвестил он, захлопывая за собой дверь.

- С возвращением, нии-сан! – откликнулась с кухни Юзу.

Куросаки сбросил обувь и, поудобнее перехватив сумку, приготовился к очередному воплю «Ичиго!» и нападению с потолка или из-за ближайшего угла. Но секунды текли, а чокнутый папаша с новым уроком жизни не спешил появляться, и сыну пришлось самому заглянуть на кухню, чтобы уточнить:

- А где Ишшин?

- Папа по делам ушёл, - сообщила сестра, - в городскую больницу, сказал, что вернётся только вечером.

- Ясно, - протянул тот.

С души свалился огромный камень. Значит, сегодня его не будут терроризировать и можно спокойно, в полном одиночестве, поразмыслить. Вспомнив, о чём конкретно предстоит поразмыслить, Ичиго тихо застонал и уткнулся лбом в стену. Хотелось побиться об эту стену головой, чтобы потерять сознание или память и забыть о том, как Урахара протянул это своё «Нужно просто соблазнить свой зампакто».

- Нии-сан, ты будешь обедать? У меня уже всё готово.

- А, что? Н-нет, позже, наверное, - выкрикнул он в ответ и бегом взбежал вверх по лестнице, влетел в свою комнату и закрыл дверь на ключ. Так, ладно, теперь ему никто точно не помешает.

Бросив сумку в угол, исполняющий обязанности шинигами рухнул на кровать и спрятал голову под подушкой. Наивная мысль, что вот в таком положении его никто не найдёт, и что так он спрятался от всех навалившихся проблем. Когда-то, когда Ичиго был ещё маленьким, он иногда прятался так, но потом приходила мама, и он сразу же забывал о всех своих страхах. А сейчас забыть никак не получится.

@темы: Зангетсу, Ичиго, Хичиго, фанфики

Комментарии
2009-05-08 в 23:00 

Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
В первый раз Ичиго сумел достичь банкая за три дня. Но это было в Сообществе душ и тогда решался вопрос жизни или смерти Рукии. Урахара же чётко дал понять, что в борьбе с Зависимыми вся надежда была только на Куросаки, и парень не имел права подвести остальных. Что же это означает? Что он должен поступиться собственной гордостью, мужской честью и как там это ещё называется? Соблазнить зампакто… интересно, Киске этот способ уже проверял или решил доверить ему стать почётным подопытным кроликом?

- Ичиго! – на спину подростка со всего размаху приземлилось нечто плюшевое и принялось скакать на ней. – Ичиго! Ичиго!

- Да что? – обозлённо рыкнул тот, ухватив игрушку за голову и сев на кровати.

- Посмотри, что ты со мной сделал! – завопил Кон, жалостливо подвывая. Он ткнул лапой в пятна грязи на брюхе и распоротый шов, из которого торчали клоки ваты. – Ты – бессердечный и жестокий, Ичиго! Как я могу жить в одном теле с таким…

- Если уж на то пошло, мог бы давно уже поискать себе дом получше, - Ририн появилась на подоконнике и скрестила на груди крылья, - а не жаловался постоянно на свою судьбу.

- Боги, как я устал от вас обоих!.. – разочарованно произнёс Куросаки и отточенным движением зашвырнул Кона в тот же угол, где уже валялась сумка. – А тебе, Ририн, между прочим, надо быть у Киске – он чего-то там узнал и наверняка сам не понял что, - буркнул он вслед удаляющейся игрушке и бухнулся назад на кровать.

Кон ещё пару минут поворочался, плачась на жизнь. Видимо, поняв, что жалеть его не собираются, он поднялся и тоже покинул комнату через окно «в поисках лучшей доли». А Ичиго наконец-то остался один.

«Вот Кон, - лениво думал парень, глядя в потолок. - Он – душа+, которую шинигами создали искусственно. Однако у него есть чувства, он может чувствовать страх, злость, желание… Вот дерьмо!»

Его лицо вновь залила краска. Парень понимал, что рано или поздно он разделит с кем-то свой первый раз, но только не с… мужчиной, которого он едва знал, и не потому что того требует его долг! Куросаки попытался представить себе, как он подходит к старику и пытается его поцеловать, но почти сразу же зажал себе рот рукой и помотал головой, прогоняя отвратительные мысли.

Зангецу – его меч. Часть его души. Если попытаться его поцеловать, наверное, это то же самое, что поцеловать в губы сестру или брата… а то и ещё хуже. И потом, Зангецу ведь мужчина! А Ичиго никогда не привлекали ни мужчины, ни парни, он был нормальным!

Ичиго поклялся, что при первой же встрече он устроит Урахаре «сладкую жизнь», чтобы тот никогда больше не смел так издеваться над ним. Ведь не могло же это быть правдой! Просто Йоруичи, видно, рассказала Киске, как можно пошутить, а Урахара не смог пройти мимо. Парень даже разозлился на себя за то, что сначала поверил в глупую болтовню торговца.

Но червячок сомнения всё же оставался. Куросаки не давало покоя, что их победа в противостоянии с Зависимыми почти полностью зависела от него. Приходилось постоянно думать о том, что он мог сделать, чтобы шинигами могли получить преимущество, и терзаться из-за того, что он мог чего-то не сделать. Ради своих друзей, ради спасения невинных душ парень готов был ухватиться за любую возможность, но только не за такую.

Да Ичиго и представить себе не мог, чтобы Бьякуя или Ренджи проделывали что-то подобное! Вспомнив об Ямамото-сетайчо, исполняющий обязанности вздрогнул и поёжился. Нет, да дураку же ясно, что Урахара решил пошутить, зная об отношении Ичиго к такой теме, как секс. Куросаки вздохнул и, подперев рукой подбородок, уставился на своё удостоверение, выпавшее на одеяло, когда он бросил сумку. Этот небольшой знак символизировал собой огромные обязанности, которые ему было нести всё труднее и труднее, хотя он и старался этого не показывать. И, конечно, Ичиго ожидал гораздо более серьёзной поддержки, чем «эта». Наверное, всё же было правильно, что шинигами должен самостоятельно разбираться во всех проблемах со своим зампакто, но ведь он был не таким, как все остальные шинигами. Куросаки слишком мало знал об их мире, их правилах, о многом он вообще не имел понятия. Как бы ни хотелось говорить такое, однако Ичиго всё-таки нуждался в чьей-то помощи.

Иногда ему даже начинало казаться, что это настоящее чудо, что Зангецу до сих пор сражается вместе с ним. Он ведь несколько раз давал старику обещание, что они станут ближе друг к другу, и Зангецу больше не придётся неделями скучать одному в перевёрнутом мире его хозяина. Но подросток каждый раз забывал об этом, отвлекаясь то на очередную военную операцию, то на учёбу. А старик всё терпел и помогал ему. Вряд ли он заслуживает той участи, которую ему готовил Урахара.

С этим торговцем Ичиго обрёл бы банкай даже без всяких его штучек – только ради того, чтобы с удовольствием впечатать Киске мордой в стену и не один раз.

***
Уже ночью парню вдруг пришла в голову мысль, от которой сон сняло, как рукой. Куросаки перевернулся на бок и, покусывая губу, в глубокой задумчивости наморщил лоб. Раньше ведь именно Зангецу приводил Ичиго в его внутренний мир. Но столько времени уже прошло с тех пор, как они виделись в последний раз в Сообществе душ, значит, старик всё-таки обиделся на него, услышав, о чём хозяин думал сегодня.

Несмотря на то, что подростку удалось убедить себя в абсурдности совета Киске, слова бывшего капитана, это «Постарайся, Куросаки-кун», всё равно не шли из головы. Да он и так старался! Но, если бы всё было так, что пришлось бы не брезговать и таким… унизительным способом, как бы он попытался предложить Зангецу… переспать? Ичиго отчётливо представил себе непроницаемое лицо мужчины, представил, как он снимает свои чёрные очки и кидает на него убийственно-равнодушный взгляд. Чёрт, вот это было гораздо страшнее, чем самая жестокая насмешка!

Его отношения со стариком были далеко не самыми лучшими, и Ичиго понимал, что сам не прикладывает никаких усилий, чтобы изменить сложившуюся ситуацию. Может быть, он не может освоить банкай в реальном мире как раз потому, что Зангецу устал потакать ему, не получая ничего взамен? Парень зажмурился и ударил кулаком по подушке. Чёрт, если это так, ему не хотелось бы ссориться с Зангецу, ведь теперь-то вряд ли получится оправдаться. Но Куросаки был почти что бессилен – он не знал, как ему попасть в свой внутренний мир, чтобы поговорить с духом клинка, а тот, судя по всему, общаться с ним не горел желанием.
Стоп.

Так, может, Урахара именно на это и намекал, правда, в такой извращённой форме? Киске уже ему помог однажды с Зангецу, вдруг он знает что-то о старике, и решил таким образом заставить Ичиго задуматься? Чёрт, и ведь помогло же!

Может быть, со стариком что-то случилось? И из-за этого он не разговаривает с ним, не появляется на глаза и не помогает?! Раньше парень никогда не задумывался о такой возможности, он и предположить не мог, что с Зангецу может что-то произойти в его внутреннем мире. Но кто знает, может, именно вечное одиночество сыграло решающую роль.

Как бы то ни было, ему сейчас срочно нужно было попасть в свой внутренний мир. Но как? Куросаки вздохнул, прикрыл глаза, успокаиваясь, в попытке заснуть. Как-то Ренджи говорил ему, что таким образом можно оказаться во внутреннем мире, однако этот способ не каждому мог помочь. Но он так отчаянно хотел очутиться рядом с Зангецу и увидеть, что с ним всё в порядке. Парнишка даже сам как-то не очень понимал, почему вдруг одна только мысль, что с его зампакто могло произойти несчастье, заставила его так нервничать. Конечно, Зангецу был сущностью его оружия, Куросаки не смог бы сражаться, оставшись без меча. Да это и не так важно, ведь Зангецу может страдать или чувствовать боль так же, как и обычный человек, Ичиго просто не мог допустить того, чтобы кто-то страдал из-за него, чтобы кого-то он всё же не смог защитить.

***
Парень так и не понял, как оказался в своём внутреннем мире. Он лежал с закрытыми глазами, расслабившись, и неожиданно оказался выдернутым из реальности. Хорошо хоть, что Ичиго не летел с высоты, а сразу очутился на стекле одного из множества небоскрёбов.

Поднявшись и одёрнув форму шинигами, рыжий обернулся, почти сразу же почувствовав присутствие постороннего.

- Зангецу! – Куросаки не смог сдержать счастливой улыбки, увидев мужчину, внешне целого и невредимого.

Зангецу выглядел как обычно, и не было никаких признаков плохого самочувствия. Его чёрный плащ всё так же развевался на невидимом и неощущаемом ветру, выражение лица было непроницаемым, а за стёклами солнечных очков опять было не угадать истинные эмоции старика. Он стоял чуть поодаль, заложив руки в карманы, и вроде бы пристально глядел на него.

- Ты… я… - едва только парень оказался рядом с сущностью своего меча, неожиданно его охватило страшное волнение. Сказать, что только что волновался за него, оказалось чересчур сложно. Ичиго никогда раньше не говорил мужчине ничего подобного, по собственной воле, так сказать. – Я уже было подумал, что с тобой что-то случилось, - произнёс Куросаки, неловко улыбаясь и стараясь не смотреть прямо на Зангецу.

- Ты же знаешь сам, Ичиго, здесь со мной ничего произойти не может, - в голосе зампакто шинигами послышался какой-то незнакомый холодный оттенок. Чуть нахмурившись, Ичиго склонил голову, всё же решившись посмотреть тому в глаза, но, конечно, ничего не смог разглядеть через очки.

2009-05-08 в 23:01 

Tinuviel-f
Источник светлого и позитивного идиотизма. Склероз на ножках. Вечный генератор идей.
Как-то это всё было не так. Парень не так представлял себе их встречу. Хоть Зангецу никогда не вёл себя как-то по-особенному с Ичиго, однако он относился к нему тепло, а не так безразлично, как сейчас. И даже в его собственном внутреннем мире подростку было холодно, хотя раньше у шинигами как будто пропадали все чувства, когда он находился здесь. Словно всё вокруг отражало настроение Зангецу: холодное голубое небо, белые облака, проносящиеся стороной, бездушные небоскрёбы, только стекло, сталь и бетон и, кроме них двоих, никого больше живого и тёплого. Наверное, это действительно трудно – жить в таком однообразном мире, особенно, когда в нём идёт дождь.

- Но… с тобой точно всё в порядке? – на всякий случай неуверенным тоном уточнил исполняющий обязанности. У него уже не осталось сомнений, что старик на него обиделся, причём очень сильно. – Просто я так давно тебя не видел, что уже начал думать, могло ли с тобой…

- Можешь подойти и посмотреть сам, - неожиданно ответил ему мужчина и протянул руку. Его простой жест был для Ичиго совершенно непонятным, и парень несколько секунд лишь смотрел на него, осознавая, что Зангецу только что предложил… осмотреть себя?

Всегда храбрый и безрассудный, если дело касалось боя, Куросаки почувствовал нечто, похожее на панику. Мысли лихорадочно проносились в голове, одна глупее и другой, и облака ускорили свой бег, словно пытаясь поспеть за ними. На что Зангецу сейчас намекал? Что, если он может слышать мысли хозяина и уже знает о дурацкой шуточке Урахары, и что Ичиго на неё повёлся? Что, если он тоже решил пошутить? И Боги, что, если он принял всё за правду?!

Но Ичиго не был бы Ичиго, если бы продолжал стоять, как истукан. Старик мог и ещё сильнее обидеться, и какой бы скрытый смысл ни был в его словах, парень не мог отступить вот так. Ему внезапно всё стало ясно – да, это битва, очередная битва! Что бы ни происходило между ними, его зампакто всегда был на его стороне, помогая отыскать правильный путь, и шинигами верил ему, зная, что старик никогда его не предаст. Как и в прошлый раз, когда Зангецу заставил его драться с собой, чтобы Куросаки смог получить банкай, адреналин выплеснулся в кровь, одурманивая и заставляя немного робеющего мальчишку превратиться в воина. Ичиго усмехнулся и в два шага преодолел разделяющее их расстояние.

Похоже, его решительность Зангецу даже удивила – Куросаки понял это по тому, как неожиданно изменилось то ощущение силы, которое он испытывал в присутствии мужчины. Колебания были незначительны, но это была фактически первая заметная реакция Зангецу на его действия, до этого Ичиго было сложно определить, чего же от него добивается зампакто и верно ли то, что парень делает. Однако тот не отступил и руку не убрал, поэтому шинигами после секундной борьбы с самим собой всё же дотронулся до его руки.

Тёплая, чуть грубоватая и шершавая – Ичиго постарался не выдать своего удивления. Он как-то не задумывался о том, насколько человечен облик Зангецу; прикоснувшись сейчас к его руке, подросток и не сразу припомнил, что перед ним не настоящий человек. И то, что старик позволил ему такой поступок, как нельзя лучше говорило шинигами, как доверяет ему Зангецу. По крайней мере, Куросаки думал так, потому что для него этот, казалось бы, маловажный жест значил очень много.

Исполняющий обязанности чуть покраснел, подумав о том, как они выглядят со стороны, и порадовался, что увидеть это некому. Он и сам неожиданно понял, каким интимным вдруг оказалось прикосновение к чужой ладони; что в глубине души его опалило ранее неизведанным жаром, а сердце понеслось вскачь, как в самой яростной битве, нет, даже ещё сильнее! Перехватило дыхание, Ичиго не мог оторвать взгляда от лица Зангецу, что впервые оказалось так близко, что за очками наконец-то можно было разгадать чужой взгляд, немного растерянный и удивлённый. Но выражение лица Зангецу по-прежнему непроницаемо, и парень лишь каким-то шестым чувством ощущал слабые отголоски исходящих от него эмоций.

А потом захват руки мужчины стал подобен стали, и шинигами не успел испугаться, как оказался притянут вплотную к теплому и упруго-жесткому телу. Другой рукой Зангецу обхватил его за плечи, вжимая в себя так, чтобы между ними не оказалось и сантиметра пустого пространства. Ошеломлённый новыми ощущениями, грубой мужской силой, близостью чужого тела, невероятным притяжением всё ещё скрытых от него глаз Ичиго подчинился; его ладонь, не захваченная в плен чужих рук, упёрлась мужчине в плечо, но у парня не было сил или желания оттолкнуть. Прикосновение губ – сухих, жёстких, требовательных, явно опытных и невыносимо жестоких – и Ичиго словно ударило током – огненная волна пролилась по позвоночнику, обожгла внизу живота, заставив отвечать жадно и яростно, пытаясь не проиграть в этой борьбе. Но всё равно он проигрывал, хоть и бросился в битву со всем безрассудством молодости, подчиняясь безумному напору и страсти, внезапно вспыхнувшей в нём. Поцелуй не был нежным или хотя бы ласковым; для этих двоих он стал новым сражением, где хозяин и слуга поневоле поменялись местами, где победа значила куда больше, чем в простом бою.

Захваченный этим сумасшедшим вихрем ощущений парень, почувствовав, что мужчина хочет отстраниться, вновь бросился в атаку, сминая, разрывая его превосходство. Зангецу резко оттолкнул от себя подростка, оборвав поцелуй, словно испугавшись того, что мальчишка сможет одержать над ним верх. Ичиго глубоко вдохнул, ноги вдруг ослабли, по всему телу пробегала дрожь, а лицо горело, горело от жгучего румянца и новых ощущений, всецело захвативших его. Без поддержки Зангецу, его рук и тела, к которому его так неистово прижимал старик, он чувствовал себя печально одиноким и покинутым, так хотелось опять оказаться в сильном захвате, не имея возможности противостоять его действиям.

Мужчина не проронил больше ни слова, пока образ его хозяина медленно растворялся во внутреннем мире, возвращая шинигами в реальность. Почему-то во всём облике растрёпанного, но до жути упорного парня, что едва ли не заставил Зангецу отступить и пожалеть о придуманном наказании, ему больше всего запомнились именно губы – истёрзанные немилосердным первым поцелуем, который мужчине посчастливилось украсть.

Как только Куросаки исчез, грудь зампакто обхватили бледные руки, к его спине прижалось горячее тело и знакомый металлический голос жарко зашептал на ухо:

- Я и не подозревал, что ты настолько жесток, старик, - Пустой скалился, нагло и собственнически облапывая его. – Ты ведь его практически раздавил. Ну что, теперь-то доволен?

Тот промолчал, хмурясь и опустив взгляд, но позволяя Хичиго делать то, что ему захочется. Такое бывало очень нечасто, и Пустой мгновенно этим воспользовался: развернув мужчину к себе лицом, он рванул плащ, сорвал и отбросил в сторону солнечные очки, навалился и бешено, яростно поцеловал. Зангецу ответил, запуская ладонь в волосы парня, забирая власть в их игре и заставляя Хичиго подчиняться против воли.

«Вот оно – то, что навеки разделило две половинки одной души».

- Ну? И кто из нас целуется лучше? – чуть менее нахально улыбаясь, протянул парень, когда Зангецу соизволил выпустить его.

Мужчина глянул в его глаза, где танцевали бешеные огоньки, и жестоко улыбнулся, отчего Пустому мгновенно стало не по себе. Сила Зангецу его пугала, и если он захочет что-то сделать, то сопротивляться будет почти невозможно. В этом старике даже для Хичиго оставалось слишком много тайн, и никогда нельзя точно сказать, как он поступит.

- А ты так сильно хочешь это узнать?

«Думаешь, я позволю тебе это узнать?»

-The End-

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Цепи Небес Разящей Луны.

главная